АЛИЯ
Я жутко нервничала. Одно дело намывать посуду, а совершенно другое – быть так близко к нему. Кружиться в медленном танце, находясь в объятиях Макса – это страшно для меня. Даже представлять в голове, не то, что делать это. Зачем я согласилась на это желание?! Всё Кира со своими пьяными откровениями про мои интересы, тайные, к слову.
Да, я танцую, только для себя за закрытой дверью в моей комнате. Не хочу, чтобы посторонние знали об этом, или, (о, ужас!) видели меня в этот момент. Кира пытается убедить меня, что мои танцы классные, но её мнение изначально предвзятое. Она моя сестра и скажет что угодно, лишь бы подбодрить меня.
Кира напилась. Это и слепому за километр видно. Как я приведу её домой? Нам сразу достанется от мамы. Хорошо, отец сегодня на ночной смене и не узнает о нашем приключении до утра. Спинным мозгом чую – грозит нам наказание на неделю, или даже на две. В последнее время отец стал чаще следить за нашим поведением в школе и дома. За провинности – наказание. Домашний арест, с конфискацией мобильного – стандартная процедура. У него предсказуемые методы воспитания, в частности, наказания за провинности.
Я запретила Кире пить. Проявила благоразумие старшей сестры, так сказать. Парни предложили даже прогуляться и подышать свежим воздухом. Идея мною была воспринята как рациональная. Мы одевались. Киру пришлось одевать мне. Она шаталась и смеялась практически без остановок. Потом, мы буквально вывели её под руки на морозный зимний воздух.
Не стали далеко отходить от дома Алекса. Макс решил обкидываться снегом. В паре с Кирой, отличившейся отсутствием меткости, он успевал забрасывать и меня, и Алекса. Хотя наша команда казалась сильнее, ввиду моей трезвой головы и относительно трезвого состояния моего напарника, но Макс одержал победу в нашем сражении. Он ловко попадал в мою куртку и даже в лицо разок зарядил. Снег оказался колючим и очень холодным. У меня сразу заболели щеки.
- Прости, Мелкая. Я целился в шапку, но ты отклонилась. – пытался извиниться Макс.
- Криворукий! – зло проговорила я. – Не знаю как вы, но я промерзла. Когда пойдём обратно?
- Да, можно вернуться и погреться. Кира даже протрезвела, вроде. – проговорил Алекс.
Кира от холода обняла себя руками. В неё никто из нас ни разу не попал снежным снарядом. Честно - даже не целились. Она была в команде с Максом номинально, для компании, так сказать.
Стуча зубами, мы вернулись в теплый дом. Алекс поставил чайник на плиту. Мы с Кирой буквально обнимали батарею отопления. Макс сидел на подоконнике и украдкой посматривал на меня. Я ловила его взгляд на себе, но делала вид, что ничего не замечаю.
- Какой чай сделать? – Алекс высунулся из кухни с вопросом. – Есть чёрный и фруктовый. Кому какой?
- Мне кофе. – сразу ответил Макс.
- Нам фруктовый. – опередила меня Кира.
Она выглядела протрезвевшей и немного грустной. Прогулка на улице лишила её опьянённого настроения. Думаю, сейчас у неё уже начинает болеть голова.
Я так и не придумала желание для Макса. На ум ничего не приходило.
Через несколько минут мы уже оккупировали стол, наслаждаясь горячим ароматным напитком. Наш с Кирой чай пах апельсином и бергамотом. Растекаясь теплом по телу, он приносил радость душе. Я расслабилась и забыла об очень важном моменте, который уже маячил на горизонте.
- Алекс, поставь что-нибудь медленное. – коварно улыбнувшись мне, попросил Макс.
- Ты о чём? – не сразу сообразила я.
- Ты обещала мне танец. – и глазенки хитрые такие.
Точно. За время прогулки и последующего процесса согревания, я забыла о волнительном танце. Моя голова сразу разболелась, предвкушая неуютную ситуацию. Сердцебиение тоже участилось.
Алекс любезно поставил нам медленную композицию Evanescenсе, как фанатам вышеупомянутой группы.
- Ладно, пошли. – надеюсь, смело проговорила я и поднялась со своего места.
Макс галантно подал мне руку и проводил на импровизированный танцпол в центре зала. Кира с Алексом стояли в стороне и предпочли занять наблюдательную позицию. Потом Кира достала свой телефон и начала снимать мой позорный первый танец с парнем. Я просила её прекратить, но она ни в какую не хотела это делать, чем знатно меня позлила. В процессе танца я порывалась добраться до неё и отобрать этот чёртов телефон, но Макс не выпускал меня из своих объятий, грозя компенсацией причинённого ему морального вреда размером ещё в два танца. Конечно же, я прекратила попытки отбора телефона и старалась дотанцевать последнюю половину танца.