«Как у вас богатеньких все просто».
Бесит. И без его разговоров тошно было. Все эти дни сам не свой ходил. Как узнал, что это она всему виной была, душу на куски раздирало. Убить ее хотелось, уничтожить, стереть из памяти и этого мира, но тело сопротивлялось. Тогда в общаге сам не помнил, как позвал. Просто увидел сообщение ее и все ограничители слетели. Только слезы остановили и след красный, что от пальцев его остался. Поступок мрази и ничтожества. Но внутри все равно все кипеть продолжало, бурлила эта ненависть, в которой он варился и терял то немногое, что от него оставалось.
Видел тогда из окна, как вышла и в машине своей закрылась. И ненавидел себя, что с ней это сделал, а потом ликовал, так как получила заслуженное. И все это его мозг разрушало и плавило. Тянуло к ней, даже после всего, что узнал, все равно тянуло. Особенно после тех ночей вместе, после того как посмел поверить, что она его может стать. Пусть хоть иллюзорно, но у них было время друг для друга. А потом брата вспоминал и понимал, что нельзя. Не может его предать, у него только он, больше никого. Марат его вырастил и отступиться ради него от своей жизни — ерунда, сколько бы боли и страданий ни пришлось вынести.
И все эти мысли, как ядовитые змеи его тело опутывали. Он уничтожал, заливал алкоголем, но не помогало, их только еще больше становилось. Кое-как пришел в себя и почему-то слова адвоката вспомнил, о том, что даже если сейчас все и выйдет, Агеев может снова брата запрятать… или она. Решил найти ее и поговорить, попробовать хотя бы. Где живет не знал, но от универа проследить было легко. Но Богдана туда не явилась. Пришлось снова Белому звонить, хорошо хоть та девка все еще с ним зависала. Он и слил ему тот спортзал для богатеньких.
Машину ее на паковке сразу заметил, а вот то, что в ней водитель нет. Поэтому и не ожидал, что сопротивление будет. Сначала решил, что муж, напрямую с Агеевым не свяжешься, но потом понял слишком молодой. Видимо, тот самый охранник Кирилл. Значит, теперь от него прячется. Видно было по глазам, что опасается, все тот же страх, который и в общаге видел. Эти затравленные глаза, от которых его и сворачивало в узел. Но теперь стало немного легче, теперь там еще и злость плескалась.
Понял, что у машины или на улице она точно не одна будет и пришлось в универ попасть. Ладно хоть был знакомый, дал пропуск. Вот только там он ее поймал и еще больше запутался. Эта ее реакция дикая, и слова полностью противоречили всему. Она не врала, точно видел, так лгать невозможно, вот только это еще больше ломало мозг. Про какую боль она говорила? Почему обвиняла Марата? Это же бред. И эта реакция ее, когда за руку взять хотел, зажмурилась, будто удара ожидала. Вот тут и завис, перестал что-либо понимать.
А теперь еще и муж ее то же самое ему разъяснял. Все ему в один голос пытаются убедить, что ошибается и не прав именно он. И вот этого не понимал. Паршивое было чувство, упускает, не видит чего-то, что доступно остальным.
Снова мысли вернулись к новому нанятому адвокату. Он же сам предлагал с делом ознакомится, и тоже про непонятки рассказывал. Позвонил ему и попросил о встрече.
- Я сейчас на выезде в соседнем городе. Можете подъехать ко мне в офис, мой помощник передаст вам копию для ознакомления.
-Мне сказать, что от вас?
- Просто назовите фамилию и желательно показать паспорт. Я предупрежу, что приедет родственник подопечного.
Поехал сразу. Все равно делать нечего. С дневной подработки его поперли за прогулы, он же никого не предупреждал, когда с Богданой катался. А ночные смены грузчиком у него начнутся только через неделю.
В приемной его встретил паренек, немногим старше его. Щуплый, в костюмчике, весь такой чистенький и ухоженный. Аж, тошно, потому что стоял напротив чистого вида оборванец. И этот тоже все видит, но деликатно старается скрыть сове отвращение.
- Меня предупредили. Можете сесть в переговорной, я принесу документы.
Не хило они тут устроились. Адвоката он нашел солидного. Все деньги, что за последние полгода заработал, на него спустил, и если ничего не выйдет, надо будет найти еще столько же. Ну да плевать, сейчас не до этого.
- Вот дело вашего брата. Просьба ознакомиться, но бумаги не доставать и не перемешивать между собой. Все разложено по ходу следствия. – отчеканил заготовленную речь и удалился.
Вначале и правда нашел самые первые показания Марата, которые ему показывали: