24
Глава 24: Обманутое Счастье
Каин вёл Лину по коридорам, его шаг был лёгким, а сердце переполняла ликующая радость, которую он так долго ждал. Его рука нежно обнимала её талию, и он чувствовал, как её тело едва заметно прижимается к нему. Его разум был затуманен эйфорией, предвкушением и блаженным ощущением того, что она, наконец, его. Он был настолько опьянён этой надеждой, что все его опасения, вся боль, что мучила его последние дни, отступили. Он верил, что она выбрала его, что её смущение было признаком истинного желания.
Они вошли в королевские покои, залитые мягким светом магических фонарей. Комната была украшена тысячами тёмных роз, чьи лепестки устилали пол, и в воздухе витал густой, сладкий аромат. Шёлковые покрывала на огромном ложе были расстелены, приглашая. Каин закрыл за ними дверь, и замок, казалось, погрузился в глубокую тишину, предвещая их единение.
Он повернулся к ней, его синие глаза горели страстью и нежностью. "Моя Лина", – прошептал он, его голос был полон такой глубокой, почти благоговейной любви, что Лина почувствовала, как по её спине пробежал холодок. Он медленно протянул руку, его пальцы нежно коснулись её щеки. "Ты моя. Наконец-то".
Лина заставила себя посмотреть ему в глаза. Ей нужно было сыграть эту роль до конца. Она позволила лёгкой дрожи пробежать по её телу, изображая робость. Её фиолетовые глаза слегка опустились, затем вновь поднялись, полные той притворной нежности и смущения, что так очаровали его. "Твоя, Каин", – прошептала она, её голос был мягким, почти нерешительным. Она сделала небольшой шаг навстречу ему, позволяя ему взять её в объятия.
Он обнял её крепко, прижимая к себе, словно она была самым драгоценным сокровищем. Его губы опустились на её волосы, вдыхая их аромат. "Я так долго ждал этого", – прошептал он, его голос дрожал от сдерживаемых эмоций. – "Я так сильно люблю тебя".
Он медленно, почти трепетно, опустил поцелуи на её лоб, виски, затем на губы. Поцелуй был долгим, нежным, полным невысказанной тоски и глубокой привязанности. Лина отвечала ему, её губы были податливы, но не активны. Она позволила ему вести, её руки лишь слегка обняли его шею. Она чувствовала его дрожь, его почти отчаянное желание, чтобы этот поцелуй был взаимным, истинным. Он был настолько поглощён моментом, настолько убеждён в её искренности, что не заметил лёгкого напряжения в её теле, её неспособности полностью расслабиться в его руках.
Каин осторожно расстегнул застёжки её платья, его пальцы дрожали от волнения. Шёлк скользнул по её телу, оставляя её в тонкой, полупрозрачной сорочке. Его глаза оглядели её фигуру с обожанием. "Ты прекрасна", – прошептал он, его голос был хриплым от желания.
Он взял её на руки, его прикосновение было мягким, но уверенным, и понёс к ложу, усыпанному лепестками роз. Лина не сопротивлялась. Она закрыла глаза, стараясь отключить эмоции, сосредоточившись только на своей цели. Её тело было здесь, но её разум был далеко, в другом мире, где её ждала свобода.
Каин опустил её на мягкие перины, и лёг рядом, притянув её к себе. Его рука легла ей на талию, прижимая к себе. Он целовал её плечи, шею, вдыхая её запах. Он шептал ей слова любви, обещая ей всё, что она только пожелает. Он был нежен, осторожен, стараясь не спугнуть её, убеждённый в её хрупкости и смущении. Он чувствовал её едва заметную дрожь, которую принимал за волнение.
Он ласкал её, его прикосновения были полны такой предельной заботы и желания подарить ей лишь наслаждение, что Лина, к своему собственному удивлению, почувствовала, как её тело откликается. Он не требовал, не торопил. Он вёл её с нежностью, словно проводя через лабиринт неизведанных ощущений, ориентируясь лишь на её реакции, на её едва уловимые вздохи, на её дыхание. Её разум, обычно холодный и расчётливый, оказался отброшен в сторону этим чистым, бескорыстным вниманием. Он думал только о том, чтобы ей было хорошо, и это было настолько непривычно и ошеломляюще, что её тело откликнулось, несмотря на её волю. Она, хоть и не любила Каина, ощутила небывалое, огромное удовольствие, которое было чистым и неожиданным, вызванным лишь его сосредоточенностью на ней. Она стонала, её пальцы сжались на его плечах, и на мгновение она забыла обо всём, кроме ощущений, которые он дарил ей.
Постепенно его дыхание стало ровным и глубоким. Его рука, всё ещё обнимавшая её, медленно ослабла. Он прижался к ней, его тело было тёплым и расслабленным. Лина почувствовала, как его дыхание выровнялось. Он уснул.
Мысли Каина (в последнем моменте бодрствования): Она моя. Она любит меня. Я чувствую это. Её смущение, её робость… это от того, что она ждала этого. Она, наконец, приняла меня. Я так счастлив. Я так долго ждал… и теперь она здесь, в моих объятиях. Навсегда. Никто не отнимет её у меня. Никто. Я самый счастливый Принц во всём мире.
Он уснул, с улыбкой на губах, его сознание было наполнено блаженным, но обманутым счастьем. Он верил, что эта ночь стала началом их вечной любви, их общей судьбы. Лина, лежавшая рядом с ним, чувствовала его ровное дыхание. Она осторожно высвободилась из его объятий. Её фиолетовые глаза были холодны и расчётливы. Ей оставался всего один шаг.