Эйдан сидел на троне. Он был высоким, смуглым, с длинными чёрными волосами, собранными в хвост. Его глаза были цвета расплавленного золота, и в них читалась древняя, вековая мудрость. Он был одет в тёмный камзол, расшитый серебром, и на его груди сверкал амулет в виде летучей мыши – символ его рода. Он был ещё более внушительным, чем в игре. Его присутствие наполняло зал, от него исходила аура власти и опасности.
Принц медленно поднялся с трона. На его лице читалось явное удивление, смешанное с лёгким раздражением. Он явно не ожидал её визита. Леди Селена, стоявшая чуть поодаль, нервно сглотнула. "Графиня Лина, какой… неожиданный визит", – его голос был низким, бархатистым, но в нём чувствовалась сталь, и оттенок лёгкого недовольства. Он подошёл к ней, его взгляд скользнул по ней, оценивая. Анна-Лина чувствовала, как её сердце колотится в груди.
"Ваше Высочество", – повторила она, стараясь сохранить спокойствие. "Я прибыла, чтобы засвидетельствовать своё почтение и обсудить наши… будущие планы. Как повелевает древняя традиция наших родов, брак между нашей линией и Принцем Тьмы должен укрепить Королевство". Анна-Лина говорила так, словно эта мысль была у неё с рождения. Она вспомнила, что в сюжетной линии игры Лина должна была самостоятельно приехать к Принцу, напоминая ему о древнем соглашении.
На лице Эйдана промелькнуло ещё большее удивление, но за ним последовал скрытый интерес, даже лёгкая улыбка тронула его губы. "Ах, да. Древняя традиция", – произнёс он, и в его голосе уже не было раздражения, лишь некое любопытство. Он взял её руку и поднёс к своим губам. Его прикосновение было холодным, но она почувствовала, как по её телу пробежала дрожь. "Я не ожидал столь… скорого и столь решительного исполнения древних соглашений, Графиня Лина. Но я не могу не признать, что вы… весьма прекрасны. И, кажется, весьма решительны". Он отпустил её руку. "Что ж, раз вы здесь, Графиня, полагаю, мы можем обсудить ваши… и наши… общие интересы".
Они провели часы в разговорах. Анна-Лина использовала все свои знания об Эйдане, полученные из игры. Она говорила о древних заклинаниях, о политике, о искусстве. Она цитировала древних философов, рассказывала истории о забытых героях. Эйдан слушал внимательно, иногда задавая вопросы, иногда просто наблюдая за ней. В его золотых глазах читался интерес, и Анна-Лина чувствовала, что она на правильном пути. Он не ожидал такой осведомлённости, такой смелости. Он явно был заинтригован, и Анна-Лина, несмотря на отсутствие какого-либо эмоционального отклика на самого Эйдана, отметила это как положительный маркер прогресса.
"Вы удивительная женщина, Графиня", – сказал он, когда они сидели за ужином в его личных покоях. Стол был уставлен изысканными блюдами, но Анна-Лина едва притронулась к еде. Вся её энергия была сосредоточена на Эйдане. "Я не ожидал такой глубины от Графини, приехавшей напомнить о старых обычаях". Он улыбнулся, и его улыбка была холодной, но завораживающей. "Вы превосходите все мои ожидания. Полагаю, вы станете достойной невестой".
Анна-Лина почувствовала прилив триумфа. Она почти у цели. Она почти свободна. Воспоминания о Каине не возникли у неё в этот момент. Она не думала о нём. Её сознание было целиком поглощено достижением этой важной вехи на пути к выходу из игры.
Она провела ночь в замке Эйдана. Ей отвели роскошные покои, ещё более пышные, чем её собственные. Она лежала в огромной кровати, глядя на звёзды через высокое окно. Сон не шёл. Её мысли метались вокруг следующих шагов, которые ей нужно было предпринять для закрепления союза с Принцем. Она чувствовала себя марионеткой, которая играет роль, но в то же время она была эффективной марионеткой, приближающейся к своей цели.
На следующее утро, когда она собиралась уезжать, Эйдан подошёл к ней. "Я с нетерпением жду нашей свадьбы, Графиня", – сказал он, его голос был полон предвкушения. "Вы станете достойной королевой". Он поцеловал её руку, и на этот раз его прикосновение было теплее. Анна-Лина улыбнулась, но её улыбка была натянутой. Она кивнула, пообещав вернуться через неделю.
Когда она вернулась в свой замок, первое, что она увидела, был Каин. Он ждал её у ворот, его лицо было непроницаемым, но Анна-Лина почувствовала, как его взгляд пронзает её насквозь. Он подошёл к её карете, открыл дверь. "Ваша Светлость, добро пожаловать домой", – сказал он. Его голос был ровным, но Анна-Лина уловила в нём едва уловимую нотку… облегчения?
Она вышла из кареты, её платье запуталось. Каин тут же протянул ей руку. Она взяла её, и их пальцы соприкоснулись. Она почувствовала тепло его кожи, силу его захвата. Она посмотрела на него. Его глаза были синими, глубокими, и в них читалось столько всего, что она не могла понять. Боль, преданность, и что-то ещё… что-то, что не вписывалось в его игровую роль. Именно это несоответствие и привлекло её внимание.
"Каин", – произнесла она. "Пойдём со мной. Мне нужно с тобой поговорить". Она испытывала не сочувствие, а скорее интеллектуальное любопытство к этому "сбою" в системе. Он кивнул, и они пошли в замок, его тень следовала за ней, как всегда. Но теперь эта тень казалась аномалией, которую Анна-Лина намеревалась исследовать, чтобы понять, как она влияет на её "игру".