3
Глава 3: Шепот Забытых Дверей (Продолжение)
Анна-Лина прошла по коридорам своего замка, направляясь в свою спальню. Каин шёл следом, на два шага позади, как всегда. Её мысли были поглощены недавней встречей с Эйданом. Принц оказался именно таким, каким она его себе представляла по игре – могущественным, властным, слегка надменным, но интригующим. И то, что он назвал её «достойной невестой», было явным успехом. Цель близка, выход из этого мира – тоже. Она думала только о том, как сделать так, чтобы Принц влюбился в неё окончательно. Это был её главный квест.
Но Каин был подозрителен. Его поведение продолжало быть аномалией. Он не был просто безмолвным слугой, как остальные NPC в игре. Его взгляд, тот огонь в глазах, когда он смочил её губы, его неожиданное неповиновение – всё это было за пределами любого игрового скрипта. Это была ошибка в коде, которая вдруг обрела плоть и кровь. И Анна-Лина, будучи человеком логики и системности, не могла просто игнорировать такую ошибку. Она должна была понять её. Использовать, если возможно.
Они вошли в спальню. Воздух здесь был пропитан ароматом дорогих благовоний и её собственного парфюма. Анна-Лина подошла к туалетному столику. "Каин, закрой дверь", – приказала она, не оборачиваясь. Дверь бесшумно закрылась.
"Что-то произошло во время моего отсутствия?" – начала она, всё ещё не глядя на него. Она чувствовала его присутствие, его напряжённое ожидание.
"Нет, Ваша Светлость", – ответил он, его голос был глухим. "Всё было спокойно".
"Лжешь", – отрезала она, наконец оборачиваясь. Каин стоял напротив неё, его руки были сложены за спиной. Лицо оставалось невозмутимым, но её взгляд пронзал его. "Я чувствую это. Ты изменился. Или ты всегда был таким, а я просто не замечала?"
Его синие глаза встретились с её фиолетовыми. В них не было страха, только эта странная, неразборчивая смесь эмоций, которая так её раздражала и притягивала одновременно. "Я всегда был таким, Ваша Светлость", – тихо произнёс он, но его внутренний мир был бурей. Почему он так смотрит на неё? Что это за новые, чуждые чувства, которые просыпаются в его груди, когда она рядом? Она его госпожа, Графиня Лина. Он её раб. Так было всегда. Так должно быть. Но его тело горело, его разум смущался при каждом её движении. Это было неправильно, но он не мог это контролировать.
"Нет", – отрезала Анна-Лина, вновь возвращая его из внутренних терзаний. "Раньше ты был другим. Молчаливым. Покорным. Ты не осмелился бы перечить мне. Не осмелился бы смотреть так..." – она запнулась, вспоминая его плотоядный взгляд у трюмо. "Что с тобой происходит, Каин?"
Он сделал шаг вперёд, затем ещё один. Анна-Лина не отступила. Он остановился в шаге от неё. "Что происходит со мной, Ваша Светлость? Что за новые чувства я испытываю к вам? Я не понимаю их", – его голос был едва слышен, но каждое слово прозвучало как признание. Он смотрел на неё с растерянностью и тоской. Он не подозревал о её истинной природе, для него она была и оставалась Графиней Линой, той, что всегда была здесь, в этом мире.
Анна-Лина вздрогнула. Чувства? К ней? Это было ещё одним отклонением. Её лицо мгновенно стало ледяным. "Ты бредишь, Каин. Я – Графиня Лина. Твоя госпожа. И ты всего лишь раб. Твои чувства… они ничего не значат". Она наблюдала за его реакцией.
В этот момент что-то изменилось в Каине. Его глаза потемнели ещё больше, и на лице промелькнула едва заметная гримаса боли. "Всего лишь раб... да", – прошептал он. Он вдруг поднял руку, его пальцы медленно, почти гипнотически потянулись к её лицу. Анна-Лина застыла, не в силах пошевелиться. Его палец коснулся её щеки, его кожа была тёплой. "Но даже раб может чувствовать, Ваша Светлость. И мои чувства… они реальны, несмотря ни на что."
"Откуда эта дерзость, Каин?" – Анна-Лина отстранилась от его прикосновения. Она должна была узнать пределы его "ошибки". "Мне нужно переодеться. Помоги мне". Она повернулась к нему спиной и начала расстёгивать крючки своего платья. Ткань плавно сползла с её плеч, обнажая тонкую спину и изгибы тела. Она чувствовала, как его взгляд буквально прожигает её кожу.
Он стоял неподвижно. Его глаза, когда Анна-Лина бросила на него быстрый взгляд через плечо, были горящими, тёмными от желания. Он смотрел на неё с неприкрытой, первобытной жаждой, которая должна была быть невозможна для раба.
"Отвернись, Каин", – произнесла она твёрдо, но в её голосе не было страха, лишь холодный расчёт. "И знай своё место".
Он не отреагировал. Он продолжал смотреть на неё, его взгляд был неотрывным, почти гипнотическим. Дыхание стало тяжёлым, прерывистым. Его тело было напряжено, как тетива натянутого лука. Анна-Лина видела, как играют мускулы под его одеждой. Он не подчинился. Этот "баг" был намного глубже, чем она думала.
"Я сказала, отвернись!" – повторила она, усиливая приказ. Её тон стал жёстче.
Но Каин лишь покачал головой. Его глаза не отрывались от неё, в них горел огонь, который, казалось, мог поглотить всё на своём пути. "Я не могу, Ваша Светлость", – прошептал он, и в его голосе прозвучала такая искренняя, такая мучительная боль, что Анна-Лина на мгновение замерла. "Я… не могу".
Испугавшись этой интенсивности, этого безумного блеска в его глазах, Анна-Лина потянулась к висящему на стуле халату, пытаясь как можно быстрее прикрыться. Но её движения были скованы. И тут, прежде чем она успела обхватить тканью тело, Каин сделал шаг. Один быстрый, молниеносный шаг. Его рука оказалась на её запястье. Он перехватил халат, не позволяя ей накинуть его. Ткань соскользнула, вновь обнажая её плечи и спину.
Анна-Лина резко повернулась. Теперь они стояли лицом к лицу, их разделяли считанные сантиметры. Её глаза расширились от шока и едва заметного страха. Его взгляд, теперь не только горящий, но и полный голода, буквально пригвоздил её к месту. Он смотрел на неё, словно на свою добычу. Она чувствовала его горячее дыхание на своей коже.
"Что ты делаешь, раб?" – прошептала она, её голос дрогнул, несмотря на все её усилия держать себя в руках.
"Вы... вы не понимаете", – его голос был хриплым, низким, словно его собственные слова причиняли ему боль. Он медленно поднял другую руку и коснулся её щеки. Его пальцы были горячими, почти обжигающими. Она чувствовала, как тепло разливается по её лицу. "Вы думаете, это игра. Но для меня... для меня это пытка. Видеть вас так... чувствовать вас так близко... и знать, что я... всего лишь раб".
Его взгляд опустился к её губам, потом к шее, затем к глубокому вырезу ночной сорочки, которая сползла с одного плеча. Анна-Лина почувствовала, как по её телу пробегают мурашки, но не от холода. Это было странное, незнакомое ощущение – смесь страха и чего-то ещё, чего-то, что было глубоко скрыто.
"Отпусти меня", – её голос был почти неслышен. Она попыталась вырвать руку, но его хватка была железной.
"Нет", – Каин покачал головой, и это движение было наполнено такой решимостью, такой страшной силой воли, что у Анны-Лины перехватило дыхание. "Я не могу вас отпустить. Я не могу отвернуться. Я не могу… притвориться, что этого не происходит. То, что я чувствую... это сильнее меня. Сильнее приказов. Сильнее всего".
Его глаза снова встретились с её. В них была мольба, но и непоколебимая решимость. Он был растерян, мучим своими собственными чувствами, но не собирался отступать. Для него это было сражение, которое он не мог проиграть.
Анна-Лина поняла. Этот "баг" был не просто ошибкой. Это был живой, дышащий хаос, который ставил под угрозу весь её план. И она, эксперт по системам, не знала, как его контролировать. Он был за пределами её "игровых" знаний. И это было пугающе.