А потом был суд. Мы все присутствовали в зале заседания. В том, что приговор будет обвинительным, не сомневался никто. Не было ни одного свидетеля со стороны защиты. Миллер даже не нанял хорошего адвоката. Он решил воспользоваться услугами государственного адвоката. Хотя, всего его счета в банке заблокированы. Поэтому даже если бы он хотел нанять хорошего специалиста, ему не хватило бы денег на это…
И Оливер даже ничего не сказал в свою защиту. Когда ему предоставили слово, он поднялся и громким голосом произнес:
«Я заслуживаю на любое наказание, которое назначит для меня суд…И я заслуживаю наказания Высшего судьи (здесь имел ввиду Бога). И я не заслуживаю прощения, но все равно попрошу…Может быть, когда-нибудь, Вы сможете простить меня, чтобы моя душа успокоилась!» - на этих словах посмотрел на всех нас, на несколько секунд задержал взгляд на мне. Я быстро отвела глаза в сторону. «У меня все, Ваша Честь».
Миллер сел, а суд удалился для вынесения приговора. Миллеру дали два пожизненных срока. Он никогда не выберется из зоны лишения свободы. Также суд постановил обязательным лечение Миллера в психдиспансере. В учет бралось и то, что мужчина чуть не совершил самоубийство. Поэтому в соответствующем заведении ему придется провести немало лет. А потом после лечения он будет переведен в колонию строгого режима.
В тот день я испытала какое-то облегчение, что ли. Вот теперь все точно позади. Теперь этот человек не сможет нам навредить, даже если сильно этого захочет…
В тот день испытали облегчение и другие люди. Нет, не только моя семья. На суде присутствовали родители Роберта, которые все эти годы не могли понять, как их сын, профессиональный пловец, смог утонуть. Были здесь и родители Джонатана. Теперь они могли сказать всему миру, что их сын – никакой не самоубийца. Он стал жертвой плохого человека. Была здесь и Лейла – мама Итана…С какой ненавистью она смотрела на собственного брата – Оливера Миллера…Казалось, что она проклинает его взглядом…
Позже нам пришлось присутствовать в качестве свидетелей и на других судах. Мистер Черч был лишен лицензии и получил 20 лет в колонии общего режима – его вина была полностью доказана…Мистер Гейбл был свидетелем обвинения, его репутация не пострадала, и лицензии его не лишили.
Мистер Бернс был осужден на 25 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Все дела, совершенные Миллером, были пересмотрены на предмет обнаружения подделанных документов. И их было обнаружено сотни. Все эти манипуляции были признаны недействительными.
Мистер Нолан получил 5 лет общего режима за вымогательство денег и угрозы по отношению к нашей семье. Мистер Джеймс отделался условным сроком, потому что я написала заявление, что никаких претензий к этому человеку не имею. Он единственный, кто нормально относился к нам все эти годы, он не требовал денег и всегда смотрел с сожалением. Но суд постановил, что мистер Джеймс обязуется вернуть нашей семье все средства, которые он получил в течение 8 лет…
Шон Коллинс, нотариус, также был лишен лицензии и получил восемь лет общего режима за совершение незаконных сделок. По закону, часть казино, которая принадлежала моему отцу, снова вернулась в его владения. Более того, теперь это казино приносило куда большую прибыль. Но мой отец решил, что не хочет связывать себя с этим бизнесом. Поэтому продал свою долю и открыл фитнес клуб. Он сам стал завсегдатаем этого учреждения, так как ему требовались повышенные физические нагрузки для восстановления.
Была доказана и вина судмедэксперта, которому Миллер заплатил энную сумму для сокрытия смерти Роберта…Он получил 10 лет в колонии общего режима. Надзиратель отца тоже был осужден на 7 лет.
Все, кто так или иначе были связаны с этой историей, получили по заслугам. Справедливость восторжествовала!
-Нет! Нет, пожалуйста, не надо! – просыпаюсь в холодном поту и вскакиваю на попу. Шейн тоже моментально просыпается и озадаченно смотрит на меня…
-Что произошло, девочка моя! – гладит меня по голове, пытаясь успокоить.
-Приснился кошмар! – как-то слишком тихо отвечаю ему…
-Опять снился он? Дженни, ты же понимаешь, что он не сможет тебе навредить? – Шейн прав, Оливер Миллер больше никому не сможет навредить. Через год после суда, несколько месяцев назад, он умер от сердечного приступа.
-Шейн, мы должны съездить на его могилу…
-Ты уверена? – за все эти месяцы мы ни разу не были у него. Мы даже не приехали на его похороны. Вообще, на его похоронах не было никого кроме священника и работника кладбища…
-Уверена…А еще нужно заехать в церковь и поставить свечу за упокой…