Ничего же себе!
Обида прошла, а вместо неё пришла непонятная радость.
Ведь и ёжику ясно, что такие деньжищи на неё потратил не Антон.
Оторвала этикетки с пугающими цифрами и принялась натягивать джинсы.
А вот тут у мужчин прокол вышел…
Штанишки-то маловаты на её попу!
Умница ты, Лилька! Надо же было так отожрать задницу, чтобы теперь пуговицу не застегнуть.
И как теперь ей в таком виде предстать перед Андреем?
Стало стыдно, как представила его взгляд.
Теперь-то он поймёт, почему она на диете.
Эх, ещё и позавтракала на свою беду… Хотя это вряд ли что-то изменило бы.
В очередной раз попыталась втянуть живот и всё-таки застегнуть хотя бы молнию, но, увы, старания не увенчались успехом.
Обречённо захныкала, проклиная свою прожорливость и тело, склонное к полноте.
— Жирная корова! — воскликнула в сердцах и смахнула так некстати навернувшиеся слезы.
— Что такое? — позади послышался голос Андрея и девушка замерла в ужасе.
Он подошёл к ней и остановился за спиной.
— Чего причитаешь, Ангелочек? — по коже побежали «мурашки» от его теплого дыхания, пахнущего кофе и сигаретным дымом.
Приятнейший запах.
Лиля никогда не любила курящих людей, но теперь просто обожала этот аромат.
Потому, что Андрей курит. А ей нравится всё, что с ним связано.
Больная девочка.
— Я застегнуть не могу, — она говорила не поворачиваясь, иначе сгорела бы со стыда. Вспыхнула бы как спичка и на её месте оказалась бы лишь кучка пепла.
— Бля, не тот размер этот придурок купил что ли? — Андрей, взяв Зайцеву за плечи, развернул к себе.
О, нет. Какой ужас!
Опустила глаза и почувствовала, как щеки начинают пылать. Отлично просто! Она теперь ещё и на помидор похожа.
Жирная такая помидорина.
— Ну-ка, дай гляну, — приподнял футболку и улыбнулся. — Видишь, всё против того, чтобы ты оделась.
Андрей не мог не заметить её смущения и слёз в глазах.
Сейчас эта дура опять навыдумывает себе, что толстая и начнёт морить свой мелкий организм голодом.
— Слушай, хватит кукситься. Это Антоха не тот размер взял. Да я сам не уверен, что сказал ему правильно. Лиль, мы мужики, не разбираемся мы в бабском шмотье, — зачем он сейчас её успокаивает? Какое ему дело вообще?
— Всё хорошо, — шмыгнула носом и опустила футболку. — Так пойду.
Андрей смотрел на неё и жалел только об одном. Нет, не о том, что ошибся с размером штанов. А о том, что позволил ей их надеть.
Сейчас бы вытрахивал уже из неё всю дурь, чтобы глупостями не маялась.
— Ладно, пошли. Пора, — подтолкнул её к выходу, отмечая про себя интереснейшую вещь — девчонка-то без трусиков.
Блядство.
Как тут волком не завыть?
Сонные студенты удивлённо оглядывались на дорогущую иномарку, что аккуратно припарковалась у общаги с облезлыми стенами.
Ещё бы! Не каждый день такую тачку здесь увидишь.
Но Андрея напрягло не это.
Трое укурышей как-то слишком пристально наблюдали за Лилей, что вылезла из машины и засеменила в здание.
Мужчина скрипнул зубами и сделал знак Антону заглушить мотор.
— Что, Андреич? — парень оглянулся и, поймав недобрый взгляд шефа, устремлённый на студентов, всё понял без слов. — Может их того… Отоварить разок?
— Отоварить я и сам могу, Антоша. Только заебёшься всех тут отоваривать. Надо её забирать отсюда, — с этими словами он вышел, громко хлопнув дверью автомобиля. — Лиля! — на его крик обернулась не только девушка, но и те самые уродцы, что посмели пускать слюни на его женщину.
Отлично. Пусть видят, что она не одна. Только от этого не легче.
Не они, так другие глаз положат на Ангелочка, а положить этот самый глаз есть на что — вон как жопой виляет!
Зайцева отчего-то заулыбалась. Уже позже Ворохов поймёт, что она просекла его намерения и поняла, что он ревнует.
Дурак.
Непроходимый идиот.
— Давай провожу, — схватил её за руку и как осатанелый зыркнул на парней. — Какого хуя уставились?
Те сразу же сгруппировались и шмыгнули за угол, не желая связываться с таким «шкафом».
А жаль.
Он бы с удовольствием почесал свои кулаки о их зубы.
— В общем так, ты сейчас свои шмотки там собирай, а я заеду за тобой через пару часов, поняла? — бандит подождал пока Лиля откроет хлипкую, скрипящую дверь и затолкал её вовнутрь.
— В смысле? А…
— Я спросил, ты поняла меня или нет? — сурово зыркнул на девушку, отчего в её трусиках стало бы жарко… Если бы они на ней были.