Распахнул дверь и застыл в проёме, пожирая взглядом обнажённую красотку.
Безумно сексуальная. Сводящая с ума. Толкающая на всевозможные грехи.
За такую и убить, и украсть не жалко.
Отдать должное Ангелочку — не закричала, не попыталась прикрыться.
Лишь полные груди слегка всколыхнулись от волнения.
— Привет… Я в душ сходила, ты не против? — ну почему в его присутствии она задаёт такие наиглупейшие вопросы?
Он так же молча скользит взглядом потемневших глаз по её изгибам.
— А ты голоден? Я сейчас что-нибудь быстро приготовлю, — верх идиотизма!
Лиля покраснела.
Он тут её глазами пожирает, а она бред какой-то несёт. Пора взрослеть, Зайцева!
Эротично — если бы она знала, насколько! — прикусила нижнюю губу и мазнула взглядом по его ширинке, что уже заметно увеличилась.
Шагнула к мужчине и, отбросив полотенце, что было в руке, прикоснулась к небритой щеке Андрея.
— Очень голоден! — бандит набросился на девушку и та тут же оказалась прижатой к стене его крупным телом. — Я просто зверски голоден, Ангелочек! Сейчас буду драть тебя во все твои прелестные дырочки, пока не утолю голод!
Хорошо, что он принялся целовать её шею и не видел, как щеки Зайцевой стали багровыми от стыда.
Вот только одним смущением дело не закончилось. Внизу живота потяжелело, а соски так напряглись, что стало больно.
Руки Андрея приподняли её за ягодицы, сильно впиваясь в нежную кожу, сдавливая её, сминая.
Блять… Её попа… Её охренительная попка!
Как же хочется вонзиться в неё зубами, оставляя там свой след.
А потом нагнуть её, раздвинуть влажные складочки и вставить в пылающую киску до отказа.
А почему, собственно, нет?
Сейчас он так и сделает.
А вот девушка, кажется, была настроена на чуть более романтическое развитие событий, чем вызвала у Ворохова недовольный рык.
Её пальчики запорхали по его груди, а язычок нежно прошёлся по линиям губ мужчины.
— Лиль, мы обязательно поиграем в твою игру, но только позже. Сейчас я настроен на кое-что другое, — Андрей резко развернул её к себе спиной и крепко прижал податливое тельце своим широким торсом к всё той же стене.
Разряд тока прошёлся по её телу от его жаркого дыхания где-то в области позвоночника, а ноги задрожали.
Лиля вскрикнула, когда зубы Андрея весьма ощутимо прикусили кожу на ягодице, и дёрнулась в попытке сбежать от таких животных ласк, но руки мужчины пригвоздили её к прохладной поверхности, а зубы продолжили своё путешествие по мягким окружностям красотки.
Тело пылало от укусов и поцелуев Андрея, а лёгкие горели от нехватки воздуха.
Опомнилась Лиля уже лёжа на кафеле вниз животом.
Когда и каким образом он проник в неё, девушка уже плохо соображала.
Лишь его горячая плоть в ней и болезненные объятия.
Бандит взял в захват её шею и рыча в ухо то и дело врывался в истекающее лоно.
Каждый её вскрик сопровождался его рыком и частым дыханием мужчины.
Несмотря на его рваные резкие движения, боли Зайцева не ощущала, лишь сумасшедшее возбуждение и огромный ком внизу живота, который вот-вот взорвётся.
Приподняла бёдра, позволяя Андрею войти на всю длину, но он не стал причинять ей боль. Не хотел.
Ему и так по кайфу владеть ею, пусть и не так яростно, как хотелось бы… Всему своё время.
Внезапно Лиля задрожала и обмякла под ним, полностью отдавшись волшебным ощущениям, которые для девушки были пока ещё в новинку.
— Мой Ангелочек! Моя маленькая искусительница! Затрахаю тебя! — его пошлые высказывания заставляли девушку стонать и умолять о большем.
Снова и снова повторять его имя в горячечном припадке предстоящего оргазма.
А Андрей…
Он просто потерял голову.
Окончательно. Бесповоротно.
Он одержим ею настолько, что скорее сам себе перегрызёт вены, чем отпустит эту девочку.
Он лучше убьёт её и подохнет сам, чем откажется от такого подарка судьбы.
Его Ангелочек. Его яркий лучик, что своим светом освещает все закоулки его тёмной души.
Последний толчок был таким сильным, что Лиля задохнулась от этой заполненности и на мгновение застыла от режущей боли.
— Андрей! — её вскрик был заглушен хриплым стоном Ворохова и горячая жидкость разлилась внутри девушки.
Мужчина навалился на неё всем телом, полностью лишая возможности дышать, на что Лиля лишь сдавленно охнула.
— Больно я тебе сделал, да? Ну прости меня, — он, притянув Лилю ближе, уложил малышку себе на грудь.
— Не в этом дело… — сейчас она, наверное похожа на помидор, но не до стеснений на данный момент. — Я не успела кончить второй раз… — неужели она это произнесла вслух?!