Трещина, что пролегла у меня в груди несколько дней назад, разрывается на части, наполняясь ледяной водой предчувствия.
– Это кто? – выдаёт Элиза без промедления.
Она пренебрежительно кивает на меня, словно указывая на какой-то незначительный предмет. В её голосе сквозит презрение и холод.
Я застываю каменным изваянием. Мой взгляд прикован к полу, чтобы не видеть её торжествующего лица. Я – никто. Пустое место. И сейчас мне предстоит услышать, как меня представят в этом качестве. Сердце сжимается в ледяной ком. Жду.
Глава 10. Моя
Воздух на платформе мгновенно становится тяжелее. Он словно давит на плечи невидимым грузом. Даже сладковатый запах ошорских цветов не может перебить запах надвигающегося скандала. Мне хочется провалиться сквозь землю, исчезнуть, раствориться.
Элиза все ещё смотрит на меня, и её вопрос висит в тишине, тяжелый и острый. «Это кто?». А я… кажется, вся моя жизнь зависит от этого ответа.
Зириан не поворачивается ко мне. Он даже не смотрит на принцессу. Его взгляд, холодный и властный, скользит по королевской семье, задерживаясь на короле Дэриане.
– Это Мара Белова. Моя спутница. – поясняет Зириан и делает крошечную паузу, давая этим словам прочно осесть в сознании у всех присутствующих. – Я бы хотел, чтобы её покои были рядом с моими.
Тишина, которая следует за этим, оглушительная. Кажется, даже ветер перестаёт дуть. Я вижу, как у королевы слегка приоткрывается рот от изумления, а у сына-наследника исчезает надменная усмешка, сменяясь недоумением. Но самое главное представление разыгрывается на лице Элизы.
Её глаза, ещё секунду назад сиявшие любовью и ревностью, теперь пусты. Она буквально белеет, будто из неё выкачали всю кровь, оставив лишь пустую оболочку. Искусственная улыбка застывает на месте. Она пытается держаться, выпрямляет спину, поднимает подбородок, но это выглядит как жалкая попытка удержать падающую стену.
Всё в её виде выдает внутреннее смятение: дикое раздражение, глухую злость и такую щемящую печаль, что мне становится не по себе. Я стала свидетелем того, как у кого-то рушится мир, и чувствую себя виноватой, хоть и не понимаю, за что.
Король Дэриан, кажется, единственный, кто сохраняет хоть каплю самообладания. Он делает шаг вперёд, и его алые глаза встречаются со взглядом Зириана.
– Конечно, Зириан, – говорит он спокойно. – Всё будет исполнено. А теперь, позволь пригласить тебя и твою… спутницу на торжественный обед в честь прибытия.
Он поворачивается, и вся делегация, как один механизм, начинает движение к огромному, устремленному в небеса замку. Я иду за Зирианом, как его тень, стараясь не отставать, чувствую на себе десятки колючих, осуждающих взглядов. Спина горит, словно меня секут плетью.
Что же он наделал? Да меня теперь точно тут прибьют. Спутница… что бы это ни значило, да ещё и комнату рядом с ним. Мне-то понятно, что это для его тишины, а другие всё явно расценят так… будто я его любовница.
Через несколько шагов Зириан замедляет ход. Он не оглядывается, просто протягивает руку назад, находит мою кисть и решительно подтягивает меня к себе. Теперь я иду не сзади, а рядом с ним, плечом к плечу с Императором, демонстрируя всем мой новый статус.
Шепоток удивления и возмущения пробегает по свите. Я вижу, как напрягается спина Элизы. Этот жест красноречивее любых слов, словно он специально хочет показать, что я не пустое место.
Дворец поражает воображение. Стены переливаются всеми цветами радуги, высокие своды, кругом украшения из голографических фресок, изображающих сцены из истории планеты Ошор.
Мы входим в зал – огромный, с длинным столом, ломящимся от яств, от экзотических фруктов до искусно приготовленных мясных блюд. Начинается небольшая суета с рассадкой. Для меня места, разумеется, нет. Распорядитель в панике мечется глазами, не решаясь подойти, словно боясь навлечь на себя гнев императора.
В этот момент, пока слуги шепчутся, а гости с напускным безразличием наблюдают за этим конфузом, я наклоняюсь к Зириану. Голос у меня дрожит, и я пытаюсь скрыть это шуткой, чтобы хоть немного разрядить обстановку.
– Кажется, я только появилась, а меня уже все хотят уничтожить, – шепчу я, стараясь улыбнуться. Получается криво и натянуто. – Я прямо как кораблик в морском бою. Интересно, кто первый поставит на мне крестик?