Мир плывёт, когда он подхватывает меня на руки. Я инстинктивно обвиваю его бёдра ногами, вжимаюсь в его грудь, чувствую под пальцами бешеный стук его сердца. Он несёт меня, не отрывая губ от моих, и я полностью доверяю ему. Пусть несёт куда угодно. Что бы он ни задумал.
Положение тела снова меняется. Я чувствую под спиной мягкую поверхность и тепло покрывала. Мы на кровати. Зириан нависает надо мной. Его тяжёлое, мускулистое тело прижимает меня, и в его взгляде – немой вопрос. Последний шанс остановиться.
Но я не могу сопротивляться. И не хочу. Я ему верю.
Слишком сложно было отказываться от него. И пускай… будь что будет.
Зириан не спешит, его прикосновения теперь не грубые, а исследующие. Он смотрит на меня с каким-то диким, жарким огнём, и я, поддавшись этому чувству, отдаюсь ему полностью. Он целует каждый открывшийся уголок тела, медленно избавляет меня от комбинезона.
Из-под полуопущенных ресниц наблюдаю за тем, как раздевается он сам. Замечаю его красивые рельефы, мышцы на руках, плечах, животе. У него идеальная фигура. И я ловлю его взгляд на себе.
Он бесстыдно рассматривает меня. Так же, как и я его. Хотя мне всё-таки довольно неловко. Я смущённо тянусь к одеялу, но он останавливает меня одними своими словами.
– Ты прекрасна, Мара, – хрипло говорит он. – Не закрывайся. Я хочу видеть всю тебя.
Я замираю, пойманная его пламенным взглядом. Он опускается на меня, и его следующий поцелуй – медленный, бесконечно нежный. Его вес придавливает меня к матрацу, и это чувство полного подчинения и безопасности сводит с ума.
Он скользит между моих ног, и я чувствую его твердое, налитое желанием напряжение. Внутри всё сжимается от внезапного страха. В голове проносятся все те глупые установки о первом разе, о боли, о неопытности.
Я инстинктивно сжимаюсь, и он сразу это замечает.
– Что-то не так, Мара?
– Я… у меня никогда не было… это мой первый раз, – смущённо бормочу и прячу пылающее лицо в его плече.
Он замирает. Его руки, упирающиеся в матрац по бокам от меня, напрягаются. Я зажмуриваюсь, ожидая разочарования, холодности. Наверное он не ожидал такого… И я ведь не смогу ничего особенного ему предложить. Я в этом плане совершенно ничего не знаю.
Но его реакция вдруг совершенно меня удивляет. Он с глухим стоном прижимается ко мне сильнее.
– Моя… – его голос звучит хрипло и дико. Он снова находит мои губы, и на этот раз его поцелуй – это ураган, сметающий все остатки страха. Это поцелуй-заявление, поцелуй-обладание. – Ты не представляешь… Теперь я хочу тебя еще сильнее. Ты будешь только моей, Мара. Только моей.
И он подаётся вперёд бёдрами. Резкая, жгучая боль заставляет меня судорожно вдохнуть. Но прежде чем я успеваю сфокусироваться на ней, его губы снова на моих, его язык заставляет меня отвечать, его шёпот отвлекает и убаюкивает. Боль отступает, сменяясь новым, нарастающим чувством – полного единения. Он во мне. До конца.
И в этот момент понимаю, что счастлива.
С ним. Всё так правильно. Ведь я люблю его.
Мысль ошпаривает. Я знала, что он мне нравится. Очень. Конечно, меня так вело от его прикосновений, но это не всё. Мне было хорошо с ним всегда. И играть в морской бой, и есть за одним столом, и молчать, просто быть рядом... Люблю…
Он начинает медленно, глубоко двигаться, я отдаюсь этому чувству полностью. Боль растворяется в волнах нарастающего наслаждения. Его движения ускоряются, становятся увереннее, властнее. С моих губ срываются стоны. Мир сужается до его тела, его тяжелого дыхания у моего уха, его рук, впивающихся в мои бёдра.
Он целует меня в шею, в волосы, в губы. Он стремительно ведёт меня к какому-то безумному яркому финалу. Всё тело напрягается. Я цепляюсь за него, царапаю кожу, не сдерживая своих порывов. Кричу от обрушившегося на меня пика удовольствия, взрываюсь миллиардом звёзд.
Ноги сами вжимаются в его бёдра сильнее, внизу всё сокращается, и я чувствую, как после пары толчков, Зириан застывает, догоняя меня. Он хрипло стонет и укладывается на меня. Сжимает в своих объятиях, и не торопится выходить.