Он разворачивается и идёт к двери. Шаги тихие, уверенные. Я смотрю ему вслед. В голове полный сумбур. Хочется зачем-то остановить его, но не знаю зачем. Он обозначил свою позицию и оставляет меня. Дверь с тихим шипением закрывается за ним.
Я остаюсь одна. Тишина. Но теперь она давит. Давит на грудь. На сердце. На разум.
Я опускаюсь на пол. Обхватываю колени руками. Прижимаю их к груди. И плачу. Тихо. Горько. Слёзы текут по щекам, капают на одеяло.
Что мне делать? Могу ли я доверять императору и его словам?
Глава 4. Желания
В голове творится полный бедлам. Слова императора… одновременно пугают и заводят. Я никогда не была особенной. Я ведь совершенно обычная земная девчонка. Всё что умею, это ковыряться в микросхемах роботов.
А сейчас… в один миг я стала кем-то значимым. Для самого могущественного мужчины во всём мире. Это… конечно, будоражит. Даже больше, чем его поцелуй. Потому что он сам сказал, что нуждается во мне.
Но мне жутко. Я не понимаю, как это сработало, как я стала глушилкой для его мыслей и эмоций. Это какая-то дикая случайность. И ещё я боюсь, что реагирую на него слишком эмоционально.
Тот поцелуй… я же не хотела его отталкивать. Впервые в жизни чувствовала такую дикую потребность в ком-то. Мне понравилось. Блин, мне так понравилось, что я теряла себя. Хотелось раствориться в этом незнакомце полностью.
И это очень страшно.
А вдруг… я привяжусь к императору, а он просто будет воспринимать меня как своё лекарство от шума в голове? Что я тогда буду делать? Как я смогу пережить такую участь? Быть просто глушилкой для того, кто меня так будоражит…
Спустя пару мгновений дверь в мою каюту открывается, и мне приносят одежду. Я узнаю, что это эрийец по его глазам. У них такие специфические оттенки. От светло-голубых до глубоких синих, а ещё иногда встречаются фиолетовые. Вот как раз у этого парня фиолетовая радужка.
– Госпожа Белова, – произносит он без всякой интонации. – Император приглашает вас на обед. Я буду ждать вас за дверью.
С лёгким поклоном он выходит. Я ещё плотнее закутываюсь в одеяло. Белова. Они даже знают уже мою фамилию. Всё обо мне, блин.
На миг я задумываюсь. Включаю эми-браслет и открываю свой счет. Смотрю на сумму кредитов и чуть в обморок не падаю. Я никогда в жизни таких цифр не видела, не то, чтобы мечтала о таком.
Да на эти деньги можно жить до конца дней и ни в чём себе не отказывать.
Зачем он так? Для чего?
Я пишу сообщение сестре. Если она себя чувствует лучше, то ответит. Параллельно набираю и в больницу, где она лежала. Спрашиваю о переводе своей сестры в другое место. Уточняю контакты новой больницы, если им известно.
А потом быстро переодеваюсь в новую одежду. Пока этот эрийец, ожидающий меня, не решил меня поторопить.
Белый комбинезон из незнакомой ткани обтягивает меня, как вторая кожа. Не давит, не стягивает, а словно обволакивает тело, как дыхание. Провожу руками по себе, вроде всё в порядке.
На меня наваливаются воспоминания, которые жгут изнутри: его поцелуй, его взгляд, его прикосновение… и мой собственный ответ – тот самый взрыв внутри, который я до сих пор не могу объяснить.
Подхожу к зеркалу. Отражение – бледное, с тёмными кругами под глазами, волосы растрёпаны. Быстро провожу по ним рукой, приводя более или менее в приличный вид.
Волнуюсь перед встречей с императором. Просто из-за его статуса. Конечно, больше причин нет. Кто он, а кто я. Мы с ним с разных планет, из разных миров, чёрт возьми.
А ещё… этот комбинезон какой-то слишком откровенный, что ли. Не могу сказать, что мне не нравится моя фигура, но я бы не отказалась от чего-то, что хоть немного прикрывало бы её. Но другого ничего не предложили. Ладно, лучше уж так, чем в одном одеяле идти.
Вздыхаю и иду к выходу. Дверь открывается бесшумно. На пороге стоит всё тот же эрийец – высокий, с серебристыми волосами, собранными в узел. Его форма сидит безупречно, движения точные, как у робота. Окидывает меня каким-то быстрым, оценивающим взглядом.
– Я… готова, – выдавливаю из себя, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
Он просто молча кивает. Никакой улыбки. Просто поворачивается и идёт вперёд, ожидая, что я последую. Будто у меня есть выбор.