Нас впустили в класс. Каждому велели сесть по одному за парту.
— Сдаём телефоны, — пропищала то ли преподавательница, то ли студентка, подрабатывающая на каникулах.
Я оглянулась. Кати не было.
Впервые я окинула взглядом собравшихся. Мальчиков было меньше, чем девочек, и на каждом лице застыло напряжение. Нервничала не только я, страх был заметен у всех.
Первым экзаменом был русский язык.
"Начни с русского, ты его знаешь лучше меня", — звучали в голове слова подруги. Изо всех сил старалась отогнать ненужные мысли. Я должна сдать.
"Перерыв двадцать минут!"
Вывалившись в коридор, я только сейчас почувствовала, как сильно не выспалась. Тело ныло, глаза зудели. Примостилась на лавочку рядом с каким-то парнем.
— Нервничаешь? — спросил он.
— Нет… то есть да… — мысли спутались в клубок, я даже ответить нормально не могла.
— Понятно, я тоже… — вздохнул он.
— Прорвёмся...- неуверенно пыталась взбодрить я нового собеседника.
— Мой брат тут был звездой. Отличник, на олимпиады ездил. Первые места и все такое. Каждый препод его знает. Он даже на доске почета висит. Все ждут от меня того же… а я боюсь, что не оправдаю надежд…
Я слушала его, пытаясь понять, кого же он мне напоминает.
— Прости, что ною тебе тут, — он посмотрел на меня и выдавил улыбку.
— Все будет хорошо, — тихо прошептала я. В другое время мы бы с радостью поболтали и, возможно, я смогла бы его успокоить. Но сейчас в голове пульсировали лишь две мысли: где Лёха и что теперь будет с Катей. Как она это переживет?
Я снова взглянула на парня. Кого-то он мне напоминал, но никак не могла вспомнить. Черноволосый, с пронзительными голубыми глазами.
— Меня Арсений зовут, — он протянул руку.
— Маша, — с натянутой улыбкой ответила я.
— Слушай, вот, — он достал маленькие бумажки, исписанные мелким шрифтом. — Возьми. У меня еще есть.
— Это что, шпоры? — удивилась я.
— Тише ты, не ори. Сейчас алгебра, думаю, лишним не будет.
И Арсений оказался прав. Они очень меня выручили. Кошмарная ночь и стресс сделали свое дело — я не могла вспомнить ни одной формулы. Мозг отказывался работать. Пришлось часто прибегать к шпаргалкам.
После сдачи последнего экзамена я облегченно вздохнула. Результаты будут через неделю. "Огромный камень" свалился с плеч. Я вышла на высокое крыльцо, мысленно представляя, как буду здесь учиться.
— Постой… — донесся сзади голос.
Я увидела Арсения, он бежал ко мне и махал рукой, в которой держал мой телефон.
— Кажется, забыла у преподавателя, — он протянул мне мобильник.
— Точно, спасибо, — я улыбнулась и положила телефон в сумку. — Ты сегодня прямо мой ангел-хранитель.
Мы переглянулись. Арсению явно было приятно это слышать, и он продолжил:
— Ну, раз так, предлагаю сходить поесть, что скажешь?
И я согласилась. До автобуса было еще много времени, а во мне не было ни крошки со вчерашнего вечера. Сказать, что я была голодна, — не сказать ничего.
Арсений жил в этом городе, поэтому он повел меня в какое-то проверенное место. Там действительно вкусно готовили.
Мне было легко с ним общаться. Казалось, я знаю его всю жизнь. Сама того не понимая, я выложила ему всю свою боль. Возможно, мне просто нужно было кому-то выговориться. И вот, этот человек нашелся.
— Мне жаль, что наш город показал себя с такой стороны, — тихо пробормотал парень. — Подонки везде есть, но, к счастью, зло все равно будет наказано!
— Надеюсь. Только вот время не отмотать, и Катя больше никогда не станет прежней, — я сглотнула слезы, поднесла кружку горячего чая к губам, но даже глоток сделать не смогла из-за кома в горле.
— Слушай, мои родители работают в суде, у них хорошие связи, между прочим. Что, если Катя даст показания…
— Думаю, она ничего не будет делать. Ей стыдно. Она боится родителей, особенно реакции отца.
— Да… — Арсений глубоко вздохнул. — Ну, ты все равно запиши мой номер, если нужна будет помощь, чтобы наказать эту тварь, мы поможем. Мои родители — настоящие борцы за справедливость.
Я записала номер. Не уверена, что это как-то поможет подруге, но парень так искренне пытался хоть чем-то помочь, что я не могла проигнорировать его предложение. Мы уже собирались уходить, как у Арсения зазвонил телефон. После этого звонка он резко изменился в лице. Его руки задрожали, глаза наполнились испугом.