— Мам… — я хотела спросить, знает ли она про тетю Свету и отца, но почувствовала, что мама не настроена на этот разговор. Она открыла шкаф и достала короткое платье кричащего зелёного цвета. — Надевай. У меня есть туфли на шпильке точно такого же оттенка.
Так быстро я еще никогда не собиралась. Пока я накладывала макияж, мама колдовала над моими и без того непокорными кудрями, стараясь придать им хоть какой-то вид. Загар идеально дополнял образ, напоминая о беззаботных днях на сплаве.
Схватив сумочку, я выпорхнула из дома. Шпильки, конечно, не лучший выбор для дороги нашей деревни, но мысль, чтобы унизить этого ботаника придавала сил.
"Он еще пожалеет, что связался со мной. Я ему в кошмарах буду сниться", — шептала я, сама не понимая, что говорит во мне. От былой любви не осталось и следа — лишь обида и злость клубились в моей голове, затмевая разум.
В клубе было не протолкнуться. Медленная музыка обволакивала пространство. Вдруг я заметила Катю с каким-то незнакомцем. Кто это — было абсолютно все равно. Повернувшись в другую сторону, я столкнулась с Лехой и Жанной. Они оживленно беседовали, и, судя по их лицам, им было очень весело. А я тут, значит, слезы лью… А он воркует с моей подругой.
Резко развернувшись к выходу, мой взор упал на Стаса.
"Вот кто мне сейчас нужен", — пронеслось в голове.
Словно пуля, я подлетела к нему и, не дав опомниться, впилась в его губы. Парень, кажется, опешил от такой напористости, но тут же ответил на поцелуй. Его руки скользнули к моей талии, затем к бедрам… Не знаю, сколько прошло времени, пока нас не прервал грубый толчок в бок. Отстранившись от Стаса, я увидела разъяренного Леху.
— Эй, полегче, кабан, — недовольно пробормотал Стас, жуя жвачку.
— Вообще-то, вы тут в проходе целуетесь, людям не пройти.
Я смотрела в глаза Лехи. В них плясали огни ярости и, кажется, обиды. Молчать в этот вечер я точно не собиралась и, сделав шаг вперед, приблизилась к нему.
— А может, кто-то просто ревнует? — игриво прошептала я, стараясь задеть его побольнее.
— Подруга, что происходит? — послышался голос Жанны. Но я уже ничего не слышала и не видела, кроме ботана.
— Ревновать такую, как ты? — Леха смотрел прямо в мои глаза, и улыбка тут же сползла с его лица. Мои щеки предательски вспыхнули. — Насколько я помню, это ты вчера под дождем ревела…
"Так этот гад все видел! Он знал, что я ждала его на скамейке, и даже не соизволил выйти".
— Не нужно думать, что ты так важен для меня. Мне кроме Стаса никто не интересен, — я обняла бывшего за плечи. — Давай, покажи ему ту фотку, где мы целуемся на сплаве.
— Я видел, не надо, — отрезал Леха.
Его слова отрезвили меня.
"Ты больше ничего не хочешь мне сказать?"
"А ты?"
В голове крутились обрывки нашего недавнего разговора. Так вот в чем дело! Леха все не так понял. До него дошла неверная информация. Кто-то ему показал этот снимок, с дуратским поцелуем. Так и знала, что нужно было его ещё на сплаве удалить.
Я убрала руки с плеч Стаса и отстранилась от него. Только сейчас мне удалось понять, что мы, увлеченные ссорой, перегородили проход, и вокруг нас собралась целая толпа зевак.
— Леш… — начала я, но он покачал головой, давая понять, что не хочет ничего слышать. Развернувшись, парень спешно ушел.
— Маша… Что это было? — Жанна находилась явно в замешательстве. Я хотела объяснить все Лехе и со всех ног бросилась на улицу, но мой путь преградил Стас.
— Ты куда? У нас все так мило начиналось, — спросил он, явно рассчитывая на продолжение.
— Отойди, не до тебя сейчас, — я попыталась вырваться из его рук. Мне нужно было поговорить с ботаном.
— Ты такая интересная. Хочу — целую, хочу — пошел вон. Я устал быть твоей игрушкой! — Стас явно не собирался меня отпускать и снова полез с обьятиями.
— Пусти! Ты делаешь мне больно! — Я со всей силы наступила ему на ногу шпилькой. Парень заорал от боли.
Вот она-свобода, но не успела сделать и шага, как услышала голос Жанны.
— Маша… Что происходит? Я ничего не понимаю.
— Жанна, мы обязательно поговорим завтра. Но сейчас…
Я не договорила и выбежала на крыльцо клуба. От Лехи и след простыл.
Разочарование окатило меня, как ледяной душ. Все мои импульсивные действия, попытки задеть Леху, обернулись против меня. Я позволила глупой обиде взять верх, и теперь, возможно, потеряла его навсегда. Бессмысленно было стоять и жалеть себя. Нужно было действовать.
Едва я выбежала дальше клуба, как увидела его. Он стоял у своей машины, курил и смотрел в ночное небо. Мое сердце бешено заколотилось. Я подбежала к нему, готовая объяснить все. Но стоило мне приблизиться, как он выбросил окурок, сел в машину и уехал, оставив меня стоять в одиночестве под мерцающим светом уличных фонарей.