Это были мои последние слова. Я резко развернулась и пошла прочь. Слезы застилали глаза, я почти не видела дороги. Мне нужно было бежать отсюда, потому что одно его слово, один умоляющий взгляд заставили бы меня передумать. К счастью, он не пошел следом.
Шаг за шагом, я удалялась от него, от всего, что было связано с нашей историей. Каждый удар сердца отдавался в висках, напоминая о боли, которую я причинила не только ему, но и себе. Я чувствовала, как рушится мир, который мы так неумело строили, но понимала, что это единственный выход.
Добравшись до своей комнаты, я закрыла дверь на замок и сползла по ней на пол. Рыдания душили меня, но я не могла остановиться. Я похоронила свою любовь, растоптала мечты о счастливом будущем. В голове звучали его слова, его смех, его признания в любви. Все это казалось таким далеким, будто произошло в другой жизни.
После нескольких часов беспрерывных слез, я поднялась и посмотрела в зеркало. Оттуда на меня смотрело измученное лицо с опухшими глазами. Я больше не узнавала себя. Где та Маша, которая умела радоваться жизни, мечтать и строить планы? Вместо нее в зеркале отражалась тень, пустая оболочка, лишенная всего, что делало ее живой.
Я понимала, что впереди меня ждет долгий и трудный путь к исцелению. Мне нужно было заново научиться верить в себя, в свою силу и в то, что я достойна счастья. Возможно, когда-нибудь я смогу вспомнить о нашей любви без боли, с легкой грустью и благодарностью за то, что это было. Но сейчас мне нужно было выжить. Выжить без него.
Собрав остатки сил, я открыла окно и вдохнула свежий воздух. Впереди меня ждала новая жизнь, полная возможностей и надежд. Я должна была найти в себе силы, чтобы двигаться дальше, чтобы стать той, кем всегда мечтала быть. И я знала, что рано или поздно я справлюсь.
Новая жизнь
Я шла быстрым шагом, лишь бы не передумать.
Лишь бы не вернуться назад. Казалось, сама природа оплакивала случившееся: хлынул ливень, взвыл ветер, словно подъигривая моей тоске. Не помню сколько я блуждала, в таком состоянии идти домой не хотелось. Нужно было успокоиться. Или от добросов мамы не отвертеться.
Наконец, я добралась до дома. Открыв ворота, замерла. На крыльце, неподвижная, как статуя, ждала Жанна.
Решила стоять под дождем, не смея приблизиться.
— Привет, жду тебя уже часа два, твоя мама ушла с сестрой и отцом к тёте Зине— произнесла она, не поднимая глаз.
Мне хотелось что-то сказать, но слова застряли в горле. Слезы смешались с дождем, и я просто обняла ее.
— Прости, пожалуйста, я не хотела… Я не знаю, как так вышло, я и Леха...как все это завертелось, — твердила я, словно заведенная.
Жанна не шевелилась.
— Пошли сегодня ко мне? Мои уехали… — Она сделала вид, что ничего не слышала. Ей явно была неприятна эта тема, она хотела ее вычеркнуть. Знала ли она о чем я? Безусловно, это чувствовалось.
— Куда? — удивленно спросила я. Такой вопрос было услышать весьма неожиданно.
— Разговаривать о свадьбе.
— А ты?
— А я не поеду. Знаешь, какой смысл? Свадьба все равно будет. Отец решил. А вдруг он мне не понравится? Мой жених? Целый год жить в страхе, что твой муж — страшилище. Лучше я буду думать, что он красавец, хотя бы до свадьбы избавиться от тягостных мыслей.
Я снова обняла Жанну и разрыдалась.
Вечер прошел в беззаботном смехе и разговорах, словно и не бывало ни лжи, ни моей безответной любви, ни предательства. Мы даже включили "Клон" и танцевали, позабыв обо всем.
Ночью, когда подруга уснула, я тихонько выскользнула из дома. Дождь утих, и лунный свет, пробиваясь сквозь тучи, серебрил мокрую листву. Прохлада заставила накинуть куртку её матери.
Внезапно я услышала голоса соседей. Подкравшись к забору, спряталась в кустах. В щель между досками было видно, как родители Лёхи выносят вещи.
Они уезжали. Следом вышел и сам Лёха. Все внутри заныло от желания быть рядом.
— Алексей, ты кого-то ждешь? — холодно прозвучал голос тёти Тани.
— Да… Нет… Я не знаю… Скорее нет, — пробормотал он.
— Давай быстрее, нам ехать далеко.
Каждое хлопанье дверцы машины отзывалось болью в сердце. Когда парень уселся внутри, мне показалось, что оно и вовсе остановилось. Безмолвно рухнув наземь у забора, я разрыдалась.
— Он уехал, да? — раздался голос Жанны. Она стояла в темноте, лишь слабо освещенная луной. Я лишь молча кивнула, не в силах говорить.
— Он… тебя видел?
Я отрицательно покачала головой, вытирая слезы грязной рукой.