Я с трудом открыл глаза, и первое, что увидел — её выражение лица. Она была напугана. На мгновение мне даже показалось, что она хотела отвернуться, убежать, но потом собралась. Я заметил, как дрожали её руки, когда она коснулась моего плеча, но голос — голос был твёрдый, как сталь.
— Ты меня слышишь? — спросила она.
Я хотел пошутить, сказать что-то остроумное, как обычно, но вместо этого выдавил какую-то хриплую чушь про богиню. Да, я был в шоке. Но эта богиня была явно из другого мира. Она пыталась меня спасти, и я это понимал, как ни странно. Всё-таки мне не впервой встречаться с болью. Но она... сука, она была другой. Такой, что даже умирать было почти приятно, если это всё происходит с ней рядом.
— Я не богиня, — сказала она, и я заметил, как уголки её губ дёрнулись в попытке скрыть улыбку. — Я просто медик.
Чёрт, я был рад, что она хотя бы попыталась меня развеселить. Но, если честно, мне было плевать на всё это. Я просто хотел, чтобы она продолжала говорить. Её голос был как хрена знает что — что-то, за что можно уцепиться, чтобы не потеряться в темноте.
— Ты не умеешь кокетничать, — прохрипел я, сквозь боль пытаясь улыбнуться. Всё тело горело, но я не мог остановиться. — Как тебя зовут?
— Катя, — ответила она, всё ещё стараясь сохранять профессиональный вид. Можно было подумать, что ей по фигу. Но я видел, как она смотрела на меня. Она была испугана. Не за меня, а... будто я был чем-то опасным для неё.
Когда она пыталась поднять меня, я зашипел от боли, но не хотел показывать слабость. Я заметил, как она сжала губы, стараясь не дать эмоциям взять верх. И тут я понял: она нервничала. Не только из-за аварии, но и из-за меня. Видимо, я выглядел как хер знает что — весь в крови, с татуировками, пирсингом на языке. Чёрт, мне даже стало немного смешно.
— Так, а что у тебя с языком? — вдруг спросила она, как будто вспомнив. Я заметил, как её глаза на мгновение задержались на моём пирсинге, когда я приоткрыл рот, чтобы вдохнуть. — Пирсинг? Это что, модно среди байкеров?
— Это... было импульсивное решение, — выдавил я, чувствуя, как боль снова накатывает волной. — Ну, и как тебе?Кстати, у меня пирсинг не только на языке, — Я многозначительно приподнял бровь, намекая на член.
Да, у меня был пирсинг на гениталиях — я проиграл спор. Но, как оказалось, девушкам это нравилось, и им было приятно, плюс я был хорош в постели.
— Может, когда я буду в более... подходящем состоянии, ты позволишь мне показать тебе свои пирсинги поближе? — прошептал я.
— Сначала тебе нужно как следует поправиться, — ответила она твёрдо и уверенно. — Тогда... может быть, мы обсудим это.
она снова улыбнулась, на этот раз чуть более искренне. Я чувствовал, как напряжение между нами немного спало. Словно она поняла, что я — обычный человек, а не какое-то чудовище. Она точно проявляет интерес ко мне — от этой мысли я ухмыльнулся. Прекрасная богиня от меня не уйдет.
Она продолжала болтать, пока мы ехали в больницу. Я не особо слушал, что она говорит — слишком уж больно было. Но её голос... чёрт, он был как спасательный круг. Я цеплялся за него, стараясь не потерять сознание. Она рассказывала всякую чушь — про собак, про телефон в унитазе. Я даже смеялся пару раз, хотя внутри всё горело адским огнём.
Когда мы добрались до больницы, она осталась рядом со мной до самого конца. Я видел, как она смотрела на меня, когда меня увезли в операционную. Её глаза были полны тревоги, но в то же время в них было что-то ещё. Что-то, что я не мог понять. Возможно, это была надежда. Или страх.
***
Прошло несколько часов, прежде чем я снова очнулся. Боль в теле была притуплена медикаментами, но я сразу понял, что что-то не так. В комнате было тихо, слишком тихо.
Я открыл глаза и увидел ту же самую девушку — Катю. Она сидела рядом, будто ждала меня.
— Как самочувствие? — спросила она тихо, хотя я видел, что она скорее хотела уйти, чем разговаривать.
— Живой, — хрипло ответил я, чувствуя, как внутри что-то щёлкнуло. Не знаю, что это было, но я не доверяю тишине. Особенно такой.