— Ну давай, вселенная, — пробормотала полушутя. — Если уж что-то должно измениться — меняй. Только, пожалуйста, не через ДТП или онкологию, хорошо?
Небо было не черным, а темно-синим. Облака медленно плыли, закрывая редкие звёзды. И где-то там, на высоте девятого этажа, мигало красное огонёк самолёта.
Я поймала себя на мысли, что всегда смотрю вверх, когда устала. Словно жду, что сверху кто-то подаст знак.
Так, а теперь немного магии, пожалуйста, а не очередной ипотечный мем, ага?
На окраине города был парк — слегка заброшенный, но с живыми деревьями, запахом хвои и влажной листвы. Туда я и свернула.
Здесь было темнее. Фонари реже, дорожка потрескавшаяся, по бокам — кусты, которые в темноте превращались в силуэты монстров.
Я всё время думала, что этот парк идеален для какого-нибудь портала в другой мир. Такой себе бюджетный вход в Нарнию. Только вместо шкафа — облупленная лавочка и столб с объявлениями.
Я села на ту самую лавку, где в школе прятала первую сигарету от одноклассников, и закинула голову назад. Ветви деревьев склонились так низко, что их можно было достать рукой.
Тишина. Только ветер шепчет в листве.
И что-то… ещё.
По спине вдруг пробежал холодок. Совсем не от мороза. Другой — тягучий, воздушный, похожий на ощущение, когда заходишь в храм или старую библиотеку: будто здесь что-то есть, что-то старше тебя.
Не выдавай себя. Не показывай, что ты испугалась.
Я прищурилась, прислушиваясь.
Со стороны дороги — ничего. Со стороны реки — шорох. Может, ёжик. Может, собака.
Может, я, как всегда, накручиваю.
Телефон завибрировал во второй раз.
Лиза:
Жива?
Не похищают?
Я уже хотела написать что-нибудь колкое и смешное — мол, «ещё нет, но я в очереди», — как вдруг в воздухе что-то щелкнуло.
Словно кто-то невидимый выключил один сценарий… и включил другой.
Звук был глухой, почти физический. Дерево над головой слегка дрогнуло, будто его коснулась волна ветра, но воздух был… неподвижным. Даже листья замерли.
— Так, — сказала я вслух, чувствуя, как волосы на руках медленно встают дыбом. — Это уже не смешно.
Я встала с лавки.
Музыка в наушниках вдруг оборвалась треском. На экране телефона заморгали странные артефакты, полосы, пиксели. Экран на секунду стал абсолютно чёрным. Потом — красным. Потом снова погас.
— Эй, — я ткнула пальцем в кнопку питания. — Не сейчас. Мне для хоррор-сцены нужен рабочий смартфон.
В ответ — тишина.
И… лёгкий запах гари.
Не такой, как от сигарет или шашлыка. Другой. Металлический. Словно обжигают провод.
Я развернулась.
И увидела это.
Посреди дорожки, метрах в десяти от меня, воздух… разорвался. Иначе не скажешь.
Будто кто-то нарисовал вертикальную трещину — тонкую, как царапина на стекле, — но она светилась изнутри красным, теплым, живым светом. Края дрожали, медленно расходясь.
Я застыла. Сердце гулко ударило где-то в горле.
Нет. Этого не может быть. Такое бывает только в сериалах…
Трещина расширилась. Изнутри хлынуло тепло.
Не просто тепло — горячее дыхание, будто по ту сторону кто-то дышит мне в лицо.
Кожа на руках запекла. Я почувствовала, как грудь сжимает от страха… и почему-то от странного, глупого восторга.
— Хорошо, — прошептала я. — Хорошо. Либо у меня поехала крыша. Либо…
Либо я действительно стою перед порталом.
Ты же этого хотела? — уколола мысль. — «Дай магии, дай портал, дай что-то другое, только не будни…»
Вот. Получай.
Под ногами хрустнула ветка.
Трещина хрустнула так громко, что я вздрогнула.
И вот тогда стало по-настоящему страшно.
Потому что с другой стороны трещины кто-то ответил.
Я не увидела лица. Только силуэт. Как в фильмах: тень на фоне красного сияния. Высокая, широкая фигура. Плечи. Руки. Контуры плаща или длинного пальто.
А потом — глаза.
Две красные точки в темноте. Не сплошной свет, а глубокий, как жар в углях.
Моё сердце решило, что это отличный момент устроить марафон. Оно рвануло так, что я даже сделала шаг назад. Нога попала на край дорожки, соскользнула по влажной листве.
Тело потеряло равновесие.
— Нет-нет-нет, — машинально выдохнула я, размахивая руками.
И именно в эту секунду произошло всё сразу.
Воздух вокруг сжался, как пружина.
Трещина вспыхнула ослепляющим светом.
Меня потянуло вперёд — не вниз, не в сторону, а точно туда, в разлом. Словно меня схватили за грудь и дернули.
Секунда — и земли под ногами уже не было.
Я летела.