Несколько секунд он подвисает, а потом начинает истерично ржать.
– Хорошая попытка, малыш. Но нет. Нас двоих наказали. Значит, и убираться обоим.
– Какой честный! Просто пример для подражания!
– Естественно. Я вообще охуенный.
– Пффф...
Пустослов грёбанный. Аж тошно от него.
Пока мою парты и подоконники, он составляет стулья и всё время поглядывает на меня.
– Спрашивай, – кидает кичливо и я морщусь.
– Чего? И не подумаю. Мне неинтересно.
– А чё тогда пялишься?
– Я? Ты меня с кем-то перепутал. Например, с Катей, с которой болтал возле учительской.
– А-а-а... Ревнушечки... Понял-принял...
– Идиот, – закатываю глаза и продолжаю работать. Сказать, что он бесит – ничего не сказать. Меня ещё никто и никогда так откровенно не раздражал. И он прав, обычно я довольно тихая и неконфликтная. Потому что никто и никогда меня не доставал. Но это исчадие ада кого угодно доведёт до белого каления.
– Всё, я закрою, иди, – гоню его, но он стоит на месте и улыбается. – Ну чего тебе ещё?
– Ничё... Давай провожу.
– Знаешь что, дорогой Тимур?
– Что? – спрашивает, похабно закусывая нижнюю губу и глядя на меня из-под своей спадающей на глаза чёлки.
– Вали по-хорошему, пока я не рассказала своему парню, и он тебя не избил!
– Хах, – ржёт он и качает головой. – Ну пусть бьёт, давай посмотрим на это.
– Ты плохо расслышал??? Он у меня с шести лет занимается боксом! Мастер спорта! Так что, вали давай!
– Ух ты, пиздец... Охрененно ты чешешь, конечно... Тем более, я уверен, что никакого парня у тебя и в помине нет.
– Пффф. Самый умный?
– Не самый, но наблюдательный. Нет у тебя парня и вряд ли вообще хоть когда-то был.
– Савицкий! – рычу я, притопнув ногой. – Я сейчас на тебя ведро вылью.
– Рискни, красотка. Вместе мыться потом пойдём, – подмигивает он, и я уже реально хочу сделать это, а потом свинтить... Только боюсь, что не убегу... Не успею, наверное...
Поэтому молча отворачиваюсь и закрываю жалюзи на окнах, игнорируя его присутствие. После чего толкаю в уши наушники и выхожу из кабинета вместе с ним, закрывая его. Нутром чую, что что-то говорит, но у меня играет на всю катушку «Три дня дождя» и пофиг мне, что он там несёт. Правда, когда мы выходим из школы, я вдруг с ужасом понимаю, что этот полудурок топает за мной.
Останавливаюсь и смотрю на него, вынимая один наушник.
– Что ты делаешь?!
– Провожаю.
– Тимур... Я вроде бы русским языком сказала. Держись от меня подальше.
– Потому что твой несуществующий парень меня побьёт. Я понял, – ржёт он себе под нос. А я, кажется, закипаю ещё сильнее.
– Слушай... Мы, видимо, не так начали. Я и общаться не хочу и в целом видеть тебя. Поэтому лучше иди к Катерине. Хорошо? Тебе там явно по адресу.
– А ты давай-ка не будешь за меня тут решать, где мне по адресу. За этот день уже как-то многовато оскорблений, не? Олеся?
– Ты не трогай меня и не буду я тебя оскорблять.
– Я и не трогал. Рядом шёл. Слушая истеричные вопли в твоём ухе.
– Пошёл ты! Это моя любимая группа, козлина!
Он снова хохочет, а я разворачиваюсь и начинаю убегать. Реально бегу от него, потому что не хочу, чтобы он шёл рядом. А если бы отец увидел это… Меня бы вообще за шкиряк дома оттаскали.
Уже метров через пятьдесят оборачиваюсь и понимаю, что он не гонится за мной... А крутит у виска прямо там, не сдвинувшись с места.
– Пошёл ты! – показываю ему средний палец.
– Сама иди, тупая!
Вот и чудно. Спокойно возвращаюсь домой и пинаю листву под ногами. Переписываюсь с Варькой, и мой телефон, наконец, подыхает...
Сегодня ещё долго прослужил...
Дома мама спрашивает про дополнительные, а я не решаюсь сказать про наказание... Да и папа может разозлиться. Он у меня очень строгий и немного… Деспотичный. Бывает, что выпивает между работой… Сейчас его дома нет. Он часто в разъездах. Работает машинистом, работа сложная, и я кое-как уговорила маму доучиться до одиннадцатого, потому что он хотел, чтобы я пошла в жд колледж после восьмого...