Время, проведенное в Праге с моей сестрой, научило меня быть рассудительной. Думать дважды и не рубить сплеча. Маришка положительно повлияла на мое восприятие мира: она заставила меня понять, что этот самый мир никогда не кружился и не кружится вокруг меня одной. Она открыла мне глаза на то, что, следуя своим эгоистичным собственным интересам, я могу причинять боль другим. Так было с Маришкой, и так оно есть с Седриком.
Нет. Я не имею права терзать его рану. Кто я, в конце концов? Его подруга, с которой он делится своими мыслями и чувствами? Его хорошая знакомая, с которой он встречается раз в две недели, чтобы провести приятный диалог или спор об интересующих нас обоих вещах? В реальности я была всего лишь сестрой жены его брата. Той сестрой, с которой у него никогда не было контакта: ни в прошлом, ни в настоящем.
Вдруг мой разум молниеносно показал мне картину: Прага, День рождения малыша Седрика. Я врываюсь без приглашения в комнату Седрика старшего. Он стоит там, весь в черном. «У тебя траур?» – насмешливо спрашиваю его я. «Как ты догадлива» – мрачно отвечает он мне. «По кому?» – вновь пытаюсь задеть его я.
Глупая, жестокая, бессердечная стерва! У него, действительно, траур! Траур по погибшей смертной девушке, которую он любит своим вампирским сердцем. Которую будет любить всю вечность, без возможности видеть ее, чувствовать ее ладонь в своей, целовать ее любимые губы. Как ужасно я ранила его тогда! Пустила ядовитую стрелу прямо в его кровоточащее сердце! А потом я появилась в его доме и потребовала рассказать мне о его любви, о Вайпер, о вещах, которые совершенно не должны меня касаться!
«Это должно прекратиться. Мне пора перестать мучить других, в попытке принести пользу себе» – твердо решила я.
Я больше не буду бегать за Седриком. Его любовь пусть останется его собственностью, его правом, его тайной. Мое расследование не завершено, но я не буду впутывать в него Седрика, не буду катом. У меня есть запасной вариант. О, да. Но, все же, мне необходимо было связаться с Седриком. Не для себя.
С момента приезда к Маришке, я захотела жить не только для себя. Не только для Брэндона. Но и для моих родных и близких. Седрик мог помочь мне в этом – кажется, наша семья – это единственное, что связывало нас с ним.
У меня был его номер: Маркус милостиво поделился им со мной, потому что я сумела убедить его в том, что Седрик нужен мне для сугубо личного дела.
Я достала телефон и набрала номер.
– Седрик Морган, – пресным тоном ответил Седрик.
– Не клади трубку! Это о Маришке и Маркусе! – поспешила сказать я, понимая, что, услышав мой голос, Седрик тут же исчезнет.
– Опять ты? – недовольно вздохнул Седрик.
– Да, опять я. Но я не собираюсь расспрашивать тебя о Вайпер. Поверь, теперь я понимаю, что это – совершенно не мое дело.
– Прекрасно, что ты осознала это, – холодно сказал он.
– Маркус и Маришка разводятся, – проигнорировав его колкость, сказала я.
– Не может быть.
– Когда ты в последний раз разговаривал с братом?
– Несколько месяцев назад.
– Что ж, понятно, почему ты не веришь! – рассерженно воскликнула я.
– Пожалуйста, скажи, что ты пошутила, – настороженно сказал Седрик.
– Седрик, повторяю еще раз: они разводятся! – рявкнула я в трубку.
Он ничего не ответил.
– Седрик?
– Я здесь. Черт, – коротко ответил он.
– Черт? И все? – усмехнулась я, недовольная его реакцией. – Седрик, это не…
– Я поговорю с ним, – перебил меня Седрик. – Они не могут развестись. Это просто нелепость.
– Да, поговори с ним! – горячо воскликнула я. – Я была с Маришкой в Праге, два месяца. Она страдает… Но Маркус не идет на компромисс, он настроен на развод и написал, что скоро пришлет документы!
– Что за идиот! Скоро буду у него и вправлю его мозги обратно в его голову! – решительным тоном сказал Седрик.
В трубке слышался ветер и шум волн. Было понятно, что на данный момент Седрик был где-то в открытом море.
– Ты в море? – все же, уточнила я. – Как быстро ты сможешь вылететь к брату?
– Завтра утром я буду в Тромсё. Вылечу сразу же, как вернусь из плавания.
– Это хорошо. – Я смущенно улыбнулась. – Спасибо.
– Не за что. Я делаю это лишь потому, что в данный момент мой брат ведет себя как настоящий клоун, – спокойным тоном сказал на это Седрик. – И спасибо, что позвонила. Если бы не ты, я никогда бы не узнал о том, что все так серьезно. В последний наш разговор он сказал мне, что у них произошла ссора. И все. Больше от него не было никаких новостей.