Я еле иду… Но иду… Несмотря ни на что… Потому что к нему… Потому что за ним. Я бы всю жизнь шла. И ноги в кровь стирала, лишь бы догнать, найти, отыскать. И наконец прижаться, рухнув на его плечи… Как раньше… Сказать, что ничего в груди не прошло. Что всё по-прежнему тянется к нему… Но я этих его нитей не чувствую… Под сталью, что отныне накрывает мальчишечий лик, больше нет и трещины, чтобы освободить его… Он заперт внутри… Уже полностью там. Я это нутром ощущаю. Его грубую металлическую бронзовую оболочку.
Варя потихоньку следует позади меня… Подстраховывает…
Вижу его спину среди толпы в чёрном пальто и короткостриженый под тройку бритый затылок… Спешу прикоснуться… Но едва дотрагиваюсь до плеча, промолвив себе под нос тихое:
– Тим…
Он оборачивается и смотрит на меня двумя покрасневшими. Совершенно ничего, кроме боли и гнева не отражающими… Подобно зеркалам они на моих глазах отсвечивают… Я моментально сглатываю ком внутри… И пытаюсь говорить, но так сухо выходит… И дерёт. Нещадно дерёт до скрипа… Я даже чувствую, будто кровью отдаёт в воздухе. Старый запах… Последнее воспоминание, что я рядом с ним тогда уловила… Отпечаталось ярким клеймом на подкорке. Наше нелёгкое расставание…
Хотя мой Тим всегда пах иначе… Я хочу снова увидеть то тепло в глазах… Тот огонь… И ту мальчишечью сладость…
– Тим, привет… Я… Прости меня...
Резко развернувшись на месте, он ничего мне не говорит. Лишь молча уходит в автобус со всеми, словно меня тут и не было… А меня просто колотит… Я трясусь и Варя тут же перехватывает меня подмышкой, помогая мне присесть на скамейку.
– Малыш… Посиди, моя…
– Варь… Взгляд… Он пустой… Не чувствует ничего… Зачем я только подошла… Какая я дура…
Начав рыдать, не могу остановиться. Тушь пачкает всё лицо, а Варя тем временем просто молчит, позволяя мне выплеснуть все эмоции… Сидит рядом и держит меня за руку…
И мне так перед ней стыдно… Мы ведь о её боли собирались разговаривать, а я снова со своей…
– Прости меня, Варя… Прости, пожалуйста, – вытираю мокрые щёки.
– Лесь… Ну ты чего…
– Я хочу сказать, что я очень тебя люблю… И что мне важно, чтобы твоя мечта исполнилась… Если для этого нужно ЭКО, я думаю стоит попробовать… Расскажи мне про все риски… Что и как там… Расскажи, я хоть отвлекусь, потому что просто умру сейчас… В груди давит… И только ты сможешь меня отвлечь… Умоляю, малыш…
Варя крепко сжимает мою ладонь… Начинает рассказывать… А я слушаю. Слушаю и постепенно моя боль отступает…
Мы ещё долго там втроём сидим… Я, Варя и Миша неподалеку…
И я даже представить не могу, что ждёт меня дальше…
Глава 5.
Тимур Савицкий
Когда увидел – не поверил… Я знать не знал, что Соболев с Костяном был знаком. Внутри сразу протяжно загудело. Так громко, будто набатом. Сработали все аварийные сигналы, оповещая о том, что скоро будет взрыв и начнётся лютая ломка. Так и произошло…
Едва взглядом мазнул, меня уже самого всего размазало. Боялся, что и мать Костяна не удержу. Сам еле стоял на ногах… Душа выла месте с ней.
А когда подошла ко мне… Когда назвала моё имя…
Там и вовсе всё вокруг накрыло ядерной волной. И понеслась моя гнилая натура крушить. Я даже смотреть не смог. Дольше двух секунд не выдерживал.
Пришла… Нахуй вот она пришла? Знала, что я здесь буду? Иначе как это, сука, объяснишь? Чем? Какими законами или приметами?
Зная, что я брата лишился… Зная, что мне вообще не до её соплей сейчас… Всё равно под шкуру решила залезть…
Сел в автобус, а взгляд, словно намагниченный снова туда потянулся. Поймал копну, увидев, что ревёт, но внутри меня даже не задело вот это. Другое болело… Другое реагировало каждым нервным окончанием.
Будто гарь наружу вся выплыла… Чёртова душевная накипь…
Пока ехали, всё успокаивал Валентину Георгиевну… Она рыдала до самого зала… Да и там долго просидеть не смогла. Увезли её. Сахарный диабет и всё такое… Стрессы вообще не желательны… Поэтому посадил я её в такси с племянницами… С двоюродными сёстрами Костяна, и она уехала.