Изначально мне, сука, даже жить не хотелось… И слушать не хотелось… Но я же знал, где будут хоронить… Приехал в этот грёбанный город и бубнил себе под нос, не переставая:
– Только ради тебя, брат, здесь. Только ради тебя…
Порой говорю с ним до сих пор. Как ненормальный. Мне казалось, только он меня на протяжении двух лет и понимал… Слушал. Душу я больше ни перед кем не выворачивал. И мама, единожды спросившая у меня про «О» поняла давно, что не стоит лезть… Я уже прежним никогда бы не стал. Всё внутри высохло. Стало таким… Безжизненным и абсолютно пустым. Будто вынули что-то. Ни веры в справедливость больше не было, ни желания кому-то что-то доказывать. Дободался. Стёр в кровь лобешник. И толку ноль.
Внутри как было месиво, так и осталось… Под плотным слоем выгоревшей души, которая таким грузом там осела, что вряд ли удалось бы сдвинуть…
На гражданке словились с мужиками сразу после возвращения. Нас шестеро сюда приехало. Мне всё было не так. Мне даже солнце светило криво.
Я здесь разве что сдохнуть планировал. Такое отношение у меня осталось к этому городу. К каждой улице… К каждому закутку, где когда-то видел ту самую «О».
И осознание, что нас должно было быть семеро… Здесь и сейчас… Долбило по внутренностям ещё сильнее…
И что-то до боли жгло затылок… Будто лазером прошлись… Оборачиваясь по сторонам, пытался сконцентрироваться на том, что собирался сделать… Так никого и не увидел, но ощущение было поганым.
Я купил красивый букет в тот день… Хоть и знал, что он нихрена не исправит… Снял со счёта круглую сумму и поехал к Костяну домой… Точнее к его матери… Которая встретила меня вся в слезах.
Рухнула на мои плечи… Она ведь тоже вся высохла… Глаза иссякли. Побледнела кожа, осунулось лицо…
Я смотрел на неё и думал о товарище…
Она налила тарелку борща, а у меня кусок в горло не лез…
В итоге мы долго так сидели… Молчали больше, но что-то всё-таки вспоминали…
Ближе к одиннадцати ночи я попрощался. Двинулся в сторону дома пешком. Тупо гулял, можно сказать… Глядя на огни ночного города… Размышлял… Варился в одиночестве.
Пока вдруг не наткнулся на знакомые золотые волосы под светом фонаря вдалеке… Сотни тысяч блондинок, но именно её локоны били на поражение. Я точно знал, что это «О».
Эта боль была и будет самой сильной, что я испытывал…
Она стояла и болтала с каким-то парнем, а я даже этого не смог выдержать. Всё внутри будто АК-шной очередью прошило от и до. Особенно по мёртвому сердцу прошлось…
Я так и стоял там, пока она не убежала после его поцелуя. Думал, что как-нибудь увижу и с облегчением вздохну, отпустив. Но не тут то было.
Будто врос ногами в асфальт.
Почувствовал пульсацию внутри, словно клин клином вышибло, и оно снова внутри заколотилось… Будто бы реально ожило… Чего мне не хватало для полного самоуничтожения – это снова что-то чувствовать.
И я точно знал, что скорее сдохну, чем позволю этому случиться…
От автора: Наш Тимур в армии и на заданиях. Глава далась оооочень тяжело...
Тимур и Костя (погибший товарищ):
Глава 4.
Олеся Ветошникова
Ранним утром я просыпаюсь в раздавленном состоянии… Не потому что заболела, а потому что буквально всю ночь проревела… Поспать удалось лишь пару часов. Но я не хочу отказываться от встречи с Варей, поэтому сразу пишу ей сообщение, что всё в силе, и она говорит, что похороны состоятся в два часа дня. Встретиться договариваемся сразу там. На военном мемориальном кладбище…
Я знаю, как ей важно поговорить именно сегодня… Потому что уже вечером у них с Мишей состоится консультация по ЭКО. Они уже год как пытаются зачать малыша. Но судьба порой бывает так жестока… И у них никак не получается это сделать… А чтобы показать свои чувства к ней, Миша сделал предложение руки и сердца, сказав, что ему не важно, получится в итоге или нет. Главное, что он выбрал её как спутника по жизни… Вот об этом она и хочет со мной поговорить… Именно поэтому важен именно сегодняшний день. Ей нужна моя поддержка… Мой совет и моё одобрение…