— Собирайтесь, мы едем к Сандро.
— Куда?
— Он назначил мне встречу в торговом центре.
— Почему там, а не в своей пиццерии, к примеру? – удивилась Вика.
— Не знаю. Я теперь и сам убедился, что он виноват, иначе не приглашал бы меня приехать и во всём разобраться. И он очень уж просил, чтобы я не брал вас с собой, – с каким-то особенным выражением сказал Майер.
— Ну что ж, поехали, раз так.
— Разберёмся по обстоятельствам, как действовать на этот раз, – сказала Джулия.
Пообщаться по дороге у подруг не было возможности, и Сальери вспомнила старый добрый способ переговоров посредством гаджетов.
“Как ощущения после вчерашнего”?
“Я не думала, что это случится на подоконнике”, – ответ вернулся к ней с кучей восторженных и недоумённых смайликов.
“Обалдеть! А я-то думала, что вы на диване или на полу покувыркаетесь. Зато будет что вспомнить, а в кровати ещё наверстаете... А-а-а, я не верю в случившееся! Наконец-то мы схватили удачу за хвост”!
“А Криса за… ну ты понимаешь”, – ухмыльнулась Вика, подняв глаза от смартфона, и поймала такой же довольный взгляд подруги.
— Обсудить, каков я в постели, вы можете и при мне, – сидящий на переднем сиденье Крис повернул голову в сторону девушек. – Я уверен, что получил высший балл, но, если есть какие-то пожелания и замечания, говорите.
— Ты что, мы вовсе не об этом, – попыталась оправдаться Джулия, а Говард вдруг заржал, чем мигом вывел её из себя. Она привстала и шлёпнула его по спине. – Говард, лучше на дорогу смотри! Нечего тут уши греть!
Тот перестал так откровенно ржать, но ещё с минуту ехидно улыбался, посматривая на девушек в зеркало заднего вида.
— Да у вас на лицах всё написано, – насмешливо сказал Крис. – Ну, милые мои, так что вы скажете о том, каков я в постели?
— Видали и получше! – фыркнула Джулия, сложив руки на груди, и отвернулась к окну, чтобы не выдать истинных эмоций. – Ты… ритм плохо держишь, вот!
— Ну-ну, – не стал спорить Крис и взглянул на Вику.
— Ты, Крис… задницей слишком крутишь в процессе, – подумав, ответила она.
— Чего?! – фыркнул от смеха он. – Вряд ли тебе было видно, что происходит со стороны тыла.
— Зато я чувствовала, – Вика тоже отвернулась к окну, дав понять, что разговор окончен.
— Ну что, уели тебя? – подмигнул Говард другу.
— Да, и как мне теперь с этим жить, не представляю…
Они приехали к торговому центру, где несколько дней назад наткнулись на горе-художницу. Здание было открыто. Первый этаж оказался пуст: ни обслуживающего персонала, ни посетителей.
Что-то назревало.
Майер и его компания зашли внутрь, и дверь захлопнулась за ними. Раздался пугающий зловещий смех. Его эхо раскатилось во все стороны и, отразившись от стен торгового центра, вернулось назад, словно локационный сигнал летучей мыши. По стенам поползли тени, переплетаясь в клубок и сливаясь друг с другом.
— Настало время поставить точку. Я объявляю и короную себя самым лучшим и преданным поклонником группы “Verrückte Welt” и Криса Майера в частности! – прогремел на весь зал голос Сандро.
Эмоционально размахивая руками, он вывернул из-за угла на своих толстых ножках. На его лице промелькнуло неподдельное разочарование, когда он увидел вместе с Майером его защитниц.
— Какого хрена, а?! Я же просил их не приводить! Хотя, ладно... Крис, Говард, скоро вы не вспомните ничего лишнего после того, что произойдёт сейчас, как забудете и этих наглых девчонок. Да я их на клочки разорву! Больше никогда и никому вы не дадите автографы и не станете фотографироваться ни с кем, кроме меня, а к своим фанатам с этих пор вы будете относиться с презрением! Кроме меня, разумеется.
— Ты сказал “Говард”? – просиял Маклафлин, почувствовав себя частью чего-то великого.
— Ну да, а что? – не понял Сандро.
Говард широко улыбнулся. Половину сказанного он всё равно пропустил мимо ушей, дивясь происходящему. Главное, что он был упомянут наравне с Крисом.
— Зачем тебе это, Сандро? Почему мы должны плохо относиться к фанатам? – удивился Крис. Он многое слышал от своих обезумевших поклонников, но такое заявление услышал впервые.