— Ты этого все равно не поймёшь, – с театральной трагичностью ответил Сандро.
— Ты “голубой” что ли? – вздохнул Крис. – Я толерантен, иногда даже бисексуален, но я не испытываю к тебе ничего, кроме дружеских чувств. Признался бы ты раньше, мы бы посидели за кружками пива, поговорили по душам…
— Я не гей! – заверещал Сандро. – Что за идиотская манера сразу в “голубизне” обвинять?! Я просто хочу быть вашим самым преданным поклонником! А вы к себе каких-то девок подпустили!
— Я понял тебя, но зачем эта комедия с монстрами, появляющимися из сортира, и тому подобное?
— Хотел внушить тебе отвращение к фанатам.
— По поводу некоторых тебе удалось. Но скажи, как такое возможно: проделывать трюки с вонючими носками, рассыпаться в труху и совершать жуткие метаморфозы, используя образы моих фанатов? Ведь это ненастоящие люди, так?
— Всё благодаря особенной книге, которую я нашёл в букинистическом магазине, торгующем ценными и редкими изданиями. Я расскажу тебе о ней, Крис, но только после того, как расправлюсь с твоими защитницами! – Сандро сделал руками несколько плавных движений, словно разыгрывал из себя недоделанного Гарри Поттера, машущего палочкой во все стороны.
Торговый центр сотряс жуткий грохот, и плитка на полу вспучилась и сломалась. Из трещин на полу вылезли жирные, безглазые и безголосые туши и понемногу стали окружать Майера и его компанию.
— Рёвушки-коровушки, они опять так похожи на некоторых поклонников, которые на каждом концерте у меня тусят! – изумился Крис, оглядывая тушки.
Те разевали рты, но не издавали ни звука, от них исходил мерзкий смрад, пахнущий серой вперемешку с лавандой, отчего было ещё противней.
— Блин, что делать, а?! – в ужасе закричала Вика. Она, Говард, Крис и Джулия прижались плотнее друг к другу.
Монстры надвигались на них и тянули к ним свои сосисочные пальцы, злобно щерясь вонючими ртами.
Тут Джулия заметила кое-что странное:
— В торговом центре обычно полно зеркал. И недавно здесь их было до фига! Теперь же всё занавешено тряпками и занавесками. К чему бы это?
— Вообще-то, Сандро очень не любит смотреть на себя, – заметил Крис.
— Значит, тогда надо заставить его посмотреться в зеркало! – озарило Джулию.
С трудом уворачиваясь от рук монстров, Крис, Джулия и Вика бросились к зеркалам и принялись срывать с них занавески.
Тем временем один из монстров схватил Говарда и подкинул его высоко к потолку так, что бедняга завизжал от страха, брякнулся вниз и сам же расплющил нападавшего. Привыкший, что под ним взрываются резиновые женщины, Говард не впечатлился приземлению.
Сандро пытался не смотреть в зеркала, но это было сильнее его. Его маленькие глазки уловили в отражениях собственный силуэт. Со всех сторон его окружал он сам. И он не смог отвести взгляда. Его отражения завораживали своей нелепостью и некой гротескностью.
— Боже, какой же я всё-таки страшный, толстый и щекастый... Меня и в школе все дразнили, никто не хотел со мной дружить из-за того, что я такой... Свою девственность я просрал со шлюхой, которая надела мне на голову пакет и отодрала хорошенько страпоном, – грустно проговорил он. Одинокая слезинка скатилась по его упитанной щеке. – Только музыка Криса помогала мне преодолеть невзгоды, но даже его музыка не в силах побороть мою депрессию в связи с провальными продажами куриных буррито...
— К чему нам вся эта информация? – удивилась Вика. – Жалеть тебя не станем, не надейся!
— Ой да ладно, неужели наш антигерой сейчас провалится сквозь землю? – всплеснула руками в притворном ужасе Джулия. – Скажи, придурок, почему, зная о своей слабости, ты всё-таки потащился в торговый центр, чтобы устроить здесь встречу? Ну не идиот ли ты?
— А вот хрен тебе, ничего не скажу! – огрызнулся Сандро, затем вдруг посмотрел на Вику, злобно ухмыльнулся и что-то прошептал.
В тот же миг он и его подручные исчезли, всё вокруг озарилось ярким светом и раздался дурацкий чпокающий звук.
— Да не етит твою не мать!.. – выругался ошеломлённый Крис.
В торговом центре всё было по-прежнему, как и несколько дней назад, когда он вместе со своей компанией посещал его. Посетители спешили по своим делам, продавцы раскладывали товар, покупатели галдели и расплачивались наличными и картами: в отделе верхней одежды происходила дикая распродажа.