— Ешьте давайте! – не выдержал Говард, и они только тогда повернулись к нему.
Загремели ложки и тарелки, послышалось чавканье, преимущественно со стороны Маклафлина, который сам себя и похваливал за то, что всё так вкусно приготовил.
Ужин на природе в самом деле был потрясающе вкусным и простым – рыбная уха с грибами и сыром, печёная на костре картошка и ржаной хлеб.
— Классно-то как, – сказала Джулия после того, как они наелись до отвала. – Говард, я готова признать твои высокие кулинарные способности.
— Давно пора.
— Но кое-чего всё же не хватает.
— Если ты о пиве, то у меня с собой ещё целый ящик.
— Я не об этом, – Джулия посмотрела на Криса, пытаясь поймать его взгляд и призывно стрельнуть в него глазами, но он не смотрел в её сторону, сделав вид, что занят доеданием печёной картошки. – Ладно, Говард, угости-ка меня баночкой пива…
— Спать пора, – заявил после ужина Крис.
Пожелав всем спокойной ночи, Вика полезла в палатку, куда ринулся и Майер, застегнув “молнию” на входе едва ли не перед носом Говарда и Джулии.
— Я что-то не поняла, – растерялась Сальери. – Ведь у нас нет ещё одной палатки, а эта же двухместная?!
— Лапочка, извини, но сегодня тебе придётся переночевать снаружи, – послышался голос Криса и недовольное бурчание Виктории по поводу её преследования им.
— Крис, хренов ты джентльмен! – разъярилась Джулия и хотела пнуть палатку, но всё же удержалась и отошла в сторону. Перспектива остаться под звёздным небом без любимого огорчила её почти так же, как и возможность стать ужином для лесных комаров.
— Он пытается выяснить, что с Викой и почему её так клинит, что она забывает самые важные минуты своей жизни, – пояснил Говард. – Я обещал ему не мешать, так что предлагаю набухаться. Ещё пива?
— Не хочу, сам бухай! – огрызнулась Джулия и полезла в спальный мешок, разложенный возле костра, в надежде, что дым хоть немного разгонит полчища мелких носатых любителей кровушки.
Говард молча открыл очередную бутылку хмельного напитка.
Дальше события развивались таким образом. За день все умаялись да и свежий воздух сделал своё дело, поэтому пару часов Крис, Вика и Джулия спали, каждый на своём месте.
Говард же опустошал пивные бутылки и вполголоса распевал сочинённые им по дороге в лес песни с непристойным содержанием. Затем ему захотелось в туалет, и он отправился в кусты, где споткнулся, скатился в овраг и наткнулся на что-то мягкое и тёплое. Это оказался молодой небольшой медведь, спящий на куче листьев.
Медведь проснулся и недовольно уставился на Говарда, которого тотчас сдуло с места на ближайший бук. От страха Маклафлин совсем позабыл, что медведи умеют неплохо лазать по деревьям.
Оказавшись наверху, Говард принялся вопить, словно потерпевший, однако никто не обратил внимания на его крики.
Джулия крепко спала. Слыша сквозь сон эти вопли, она решила, что он опять поёт похабную песенку. Ей приснилось, как она пинает Маклафлина и велит ему убираться на своё место, то есть, на коврик в прихожей, и он обещает ей больше рта не открывать. Джулия довольно поворочалась в спальном мешке, как бы смакуя увиденное.
Медведь уселся под деревом, задрал заднюю лапу и стал вычёсываться, словно собака, задевая тушей ствол и раскачивая беднягу Маклафлина на вершине бука.
В палатке Крис проснулся и повторил попытку заняться любовью с Викой. Она была крайне недовольна, что он разбудил её посреди ночи, но уже скоро смирилась и вела себя как обычно, в меру показывая желание и не проявляя нетипичных для её поведения странностей.
Крис почти убедился в предположении, кто является истинным виновником того, что у девушки иногда рвёт крышу. И, раз так, можно себе позволить заодно получить удовольствие. Доведя Вику до умопомрачения своими ласками, он уже был готов раздеть её и…
В этот момент Говард свалился с верхушки бука, бывшего, к счастью, не таким уж высоким, вскочил на ноги и припустил бежать обратно в лагерь. Появился он с другой стороны и так стремительно нёсся вперёд, что наскочил из-за кустов прямо на палатку и грохнулся на неё, чем привёл находящихся внутри Криса и Вику в панику.