— Блин, ну не кристаллик, а искру, божий дар, какая разница? – пожала плечами Стефания.
— И откуда будет выходить эта искра-кристаллик-дар? – немного напрягся Крис.
— Не из твоей задней двери, не беспокойся, – ехидно ответила журналистка и пояснила: – Творческий кристаллик - это нечто эфемерное, вроде как часть души. Ты не переживай, взамен я помещу в тебя “туман шаблонности”. В тебе ведь не должно быть пустого места. Будешь и дальше творить свою музыку, но уже без всякой оригинальности, без “изюминки”.
— Спасибо, мне вот прям сразу стало легче, – съязвил Крис. Он понял, что произошло вчера и почему он почувствовал апатию, когда начал петь в присутствии журналистки: – Но зачем тебе мой… кристаллик?
— Кое-кого беспокоит его положение в твоей группе. Благодаря кристаллику или искре, этот человек скажет, что именно он был причастен к твоей славе и впоследствии выяснится, что на самом деле вовсе не ты был двигателем прогресса. Ой, ладно, я что-то заболталась! – Стефания наклонилась и включила магнитофон, находившийся у неё в сумке вместе с чем-то ещё. Заиграла фонограмма песни Криса, и из сумки выполз туман, такой же, какой был вчера. – Пой! А если не будешь петь, я…
— Да понял я уже, что ты хочешь поковыряться у меня в жопе, извращенка! – завопил Крис и тщетно дёрнулся в сковавших его путах. – Не повторяй по сто раз!
Стефания не успела ответить. В спальню зашла Вика с подносом с кофе для любимого. Делала она это редко, но сегодня её приспичило. Увы, не вовремя.
— Я тогда эту девку зарежу! А то и правда, вдруг ты ещё кайф от массажа простаты словишь, а я, в свою очередь, так ничего и не добьюсь, – подскочив к Вике, Стефания ухватила её за шкирку и приставила складной нож к её груди. – Вот такой метод шантажа более действенен, верно, Крис?
От испуга Вика пронзительно вскрикнула и выронила поднос с горячим кофе на пол. К счастью, никого не обварило, однако от такого трезвона Джулия поторопилась выбежать из ванной. Она заметила привязанного жгутиками к столбикам кровати Криса, и в её глазах запылал огонёк восторга:
— Ты охеренно выглядишь связанный, такой беспомощный и милый! Чур, я снова сверху!
— Я всё расскажу о вашем траходроме и о твоём гареме, Крис! Это будет сенсационная статья! – заявила Стефания, удерживая Вику в заложниках, а та испуганно косилась на упирающееся ей в грудь лезвие ножа.
Джулия повернулась к журналистке и презрительно сказала:
— Ты ещё тут? Думаешь, в наше время это кого-то удивит? Видала, сколько в топе властных героев-героинь, ЖМЖ и МЖМ, всяких там гаремов и “офигенно-откровенно”, а? Ну так залепи дудку и не ной, тоже мне “сенсация”!
Пока они так переговаривались, в дверь осторожно сунулся Говард. Оценив обстановку, он увидел, что его лучшей подруженции угрожает опасность и с криком: “Во имя святой Хэллоу Китти!”, со всей дури шарахнул Стефанию по башке пивной бутылкой, которую держал в руке.
Журналистка, хрюкнув, словно недорезанный боров, рухнула на пол как подкошенная, вся облитая пивом. Жгутики, опутывающие Криса за руки и ноги, втянулись в её безразмерные вонючие рукава.
— Я искал тебя, чтобы вместе похмелиться, – заявил Говард ошарашенной Вике. – В холодильнике ещё есть пиво, если что. Ты как?
— Всё в порядке, – с облегчением ответила она, отбежав подальше от Стефании. – Спасибо, Говард.
Джулия между тем подошла к сумке, выключила магнитофон и полазала рукой внутри. Она достала оттуда наполненный дымом переливающийся шарик, размером не больше шарика для пинг-понга.
— Любопытно, – Джулия потрясла его, наблюдая, как в нём все трясётся и перемешивается. Не для всех видимый туман перестал выползать из отверстия в шарике.
— Не тряси эту дрянь, не дай бог разобьёшь, – предупредил её Крис. – Там “туман шаблонности”.
— Что это значит?
— Это ты не у меня спрашивай, — Крис встал с кровати, привёл себя в порядок, подошёл к валявшейся на полу журналистке и слегка пнул её в бок. Та заворочалась. – Надо с ней что-то сделать, а то вдруг очухается и превратится в монстра. Вика, можешь её порвать так же, как вчерашнего?
— Опять я?! Я не хочу убивать кого-то… так часто, – смутилась Вика.