— Мне сложно совмещать две должности.
— Я предлагаю тебе выход, — терпеливо вещал мужчина, так как идеальней помощницы ему не найти. За год уже шестерых сменил. Надоело. А эта мадам не пробиваемая и делает все как положено. Ну и есть у него свои планы на эту штучку, о которых ей пока знать необязательно. — Стань моей помощницей. Заметь, я тебя не секретарем зову. Зарплата в три раза выше, но и загруженность не меньше. Работа интереснее, чем бумажки перебирать, — Ян обогнал девушку и остановил ее, преградив путь, — что тебе эти кадры? Никакого движения по карьере. Я тебе большее предлагаю.
— Почему я?
— Может, потому что пять лет у нас работаешь и без пререканий? Если не забыла, наблюдать, изучать, не допускать кризисных ситуаций это моя задача. А я тебя знаю, я в тебе уверен. Подумаешь?
— Мог сразу сказать, что к себе зовешь, а не трепать нервы, — пробурчала сдавшись.
— Наконец то, — Ян облегченно выдохнул, — я уж думал до конца дней будешь на вы ко мне обращаться.
— Научись с людьми разговаривать, Ян Борисович. Приказы раздаешь, а для чего и какие цели преследуешь, не понятно.
— Так ты согласна или нет? — зашипел, склонившись к ее лицу.
— Я подумаю, стоит ли мне полностью переходить под твое руководство или нет, — пролепетала взволнованно. Зачем же так близко, и так сердце на разрыв. — Знаешь ли, в кадрах спокойнее, — добавила сухо.
— И зарплата меньше. У меня проект новый, человек свой нужен.
— Вот тут да, мотивирует на перевод. И зарплата выше, и проект для своих.
— Не ерничай, заслужила предложение данной должности. Ты же знаешь, отбор у нас жесткий.
— Хоть что-то в этой жизни заслужила, — выдохнула еле слышно, — поехали уже, а? Я спать хочу.
— А ты упертая, — усмехнулся, открыв дверь машины для Евы, — думал взбрыкнешь на второй день работая со мной. Третий месяц пошел, а ты хоть бы возмутилась.
— Все-таки проверял? — спросила с недоумением, — а начальство можно называть плохими словами?
— Отдел кадров это одно, а быть моей помощницей совсем другое. Мне нужна сотрудница кремень, — тяжело вздохнув, добавил, — которая в меру хотела плевать на мою грозную натуру и не трястись, когда прошу о чем-либо. И называть меня плохо нельзя.
— Ладно, раз нельзя, то не стану. Вслух точно. И мне не плевать, — отозвалась и приняв его помощь, забралась в салон, — еще раз повторюсь, привыкла и нашла подход что к тебе, что к генеральному, что к заместителям вашим. Вы все как на подбор, не умеете просить, говорить и объяснять. Ты рычишь как зверь дикий, Давиду Александровичу и рычать не надо, взгляда хватает. Кирилл вообще не от мира сего, — Ева притворно улыбнулась, не желая дальше обсуждать заместителя генерального, — знаешь, я с вами намучилась за эти годы.
— У меня зам нормальный, не наговаривай, — усмехнулся сдержанно, — и Кирилл нормальный, просто сложный. А за умение находить общий язык с любым, особенно с Киром, и предлагаю перевод тебе, а не кому-то там.
— Я же сказала, подумаю. Это большая ответственность.
— Ты хорошо справляешься, — отчеканил и закрыл дверь машины, пока она не передумала подумать.
А Еве было, о чем подумать. Она смотрела в боковое стекло, но видела не мокрый асфальт, а его отражение. Сильные руки на руле. Свет фар встречных машин скользил по лицу, делая его то старше, то моложе, то совсем чужим. Она знала этот профиль наизусть. Каждую морщинку у губ, от привычки сжимать челюсть. Шрам над правой бровью, почти незаметный, если не знать, куда смотреть. Она все это знала.
Стыдно признаться, но разглядывала его, когда он не видел. В лифте, в коридоре, со стороны. Собирала по кусочкам, как пазл, который нельзя собрать до конца.
Вот только он женат. Этот факт сидит под ребрами пять лет, как заноза. Не смертельно, но больно. Постоянно. Она привыкла. Правда. К занозе можно привыкнуть, если не трогать, не смотреть, не дышать слишком глубоко.
Но иногда он смеется. Или поправляет галстук. Или говорит с ней заботливым тоном, и все, заноза смещается, впивается острее. Тогда приходится замирать и ждать, пока отпустит.
И снова по кругу. Работа, автобус, квартира. Понедельник, суббота. Аренда, оплата. Долбанный начальник службы безопасности, — Ева закрыла глаза. Женатый начальник службы безопасности, от которого внутри все переворачивается. От которого нет возможности убежать, потому что Ева добровольно остается.
Глава 2
Попрощавшись с Яном Борисовичем, Ева зашла в подъезд и нажала кнопку вызова лифта. Не могла остановиться думать о том, как этот мужчина успевает быть мужем? Как он успевает уделять супруге внимание? Или не успевает? Порой казалось, он и ночует на работе. Ева не знала, радоваться этому или жалеть ту, другую. Но будь Ева на месте жены Яна, не смогла бы так долго терпеть отсутствие любимого человека.