Глубже вздохнув, думаю о том, что я могу ему рассказать.
У меня нет ни капли доверия к Моретти. Он один из тех, кто методично подавлял меня с самого детства, и даже сейчас, будучи оскорбленным, вполне может использовать это против меня.
— Брак, это был договорный брак с мужчиной, которого я не хотела. — Мои пальцы сжались на бокале, вспоминая самодовольное лицо Ториччели. — Я просто устала жить в том мире, и, вероятно, отец меня убьет при личной встрече, если не отправит к жениху.
Он молчит. Как будто бы обдумывая всё, что я сказала.
Но действительно ли Моретти верит в то, что, сидя перед ним совершенно обезоруженная и смирившаяся с незавидным финалом, я готова лгать?
Единственное, о чём я жалею, это то, что не попрощалась с младшей сестрой. А об остальном ни капли.
— И что я должен с тобой сделать, Ария? — Данте вопросительно уставился на меня, выгибая свою бровь.
Спаси меня.
Неожиданно прохрипело на краю сознания. Но я бы этого никогда не сказала.
Не стала бы унижаться, чтобы прожить один дополнительный день в аду.
— Можешь отвезти меня к отцу и забыть обо всём, поверь, там сделают всё за тебя. — Пораженная сказанным, на долю секунды смолкаю. — А можешь отпустить.
Мой глаза цепляются за закрытое окно, почти физически чувствуя тот ветер, что величественно управлял деревьями и менял траекторию падения снега.
Хотела бы и я быть такой вольной.
Свободной от всего, и больше никому не принадлежать.
— О нет, верить тебе больше я не склонен. — Он оскалился, поднимаясь из-за стола. — Я подумаю об этом, но до тех пор ты будешь моей гостьей.
Последнее было сказано с такой иронией, что стало горестно.
По факту я теперь его пленница.
И снова не свободна.
— Мисс, пойдемте, я вас провожу до комнаты. — Голос Жаклин напоминает о реальности происходящего. Я снова уязвленная девушка, которая вернулась в синдикат.
Пускай не сегодня, но уже завтра Данте может передумать, повязать на мне большой красный бант и отправить отцу.
16
Данте
Не оборачиваясь, я возвращаюсь обратно в рабочий кабинет в попытке собраться с мыслями.
Ария Беспуччи без преувеличения опаснейшая женщина, потому что все мои рефлексы и внутренние установки на ее фоне рушатся, как стены особняка.
Чертовски красивая и опаснейшая лгунья, которая отчаянно стремится утаить от меня информацию, которую я обязан знать.
У этой проблемы есть несколько решений, и ни одно из них не обещает мне, как и, впрочем, самой Беспуччи, гарантий безопасности.
Но так или иначе мой жасмин, мой наивный котенок останется подле. И никто не посмеет ее отнять.
Ебаный Торичелли!
При воспоминании о младшем капо злость распространяется, как взрыв атомной бомбы.
Чертов мудак смел претендовать на то, что мое по праву, а главное, довести эту женщину до того, чтобы она, наплевав на все, убежала.
Мог ли я верить в эту историю?
Не став доводить мысль до конца, потянулся к телефону, набирая Лучано. В последний раз он помогал мне во время той операции.
— Дон? — отвечает сухим голосом на второй звонок.
— Где ты витаешь, Росси?
Он хихикает в трубку, когда на фоне раздается приглушенная музыка.
— На работе, конечно, знатно они в прошлый раз разгромили русскую рулетку.
— Ты можешь выставить счет Леону, правда, не уверен, что он обрадуется, получив по почте своих боссов.
— Ну нет, этот недальновидный идиот не стоит мне ущерба в шесть тысяч... Слышал, у тебя появилась девушка?
Теперь мой смешок срывается с уст, понимая, откуда ему известно.
— Я надеюсь, Жаклин сказала тебе это при личной встрече, а не по телефону. — Бурчу, вспоминая о первоначальной цели. — Собственно, я хочу, чтобы ты кое-что узнал для меня. Нужна динамика компании Торичелли и Беспуччи четыре-пять лет назад, чтобы понять, были у них общие сделки или нет.
— Сколько у меня времени?
— Три часа, и привези их лично. — Взгляд обводит фотографию на столе.