— Я бы скорее откусила себе палец, чем занималась подобным. — Буркнула, отворачиваясь от него в сторону.
Пальцы Данте мягко впились в подбородок, слегка касаясь кожи. Настолько неожиданно, что мурашки усыпали всю мою спину.
Так неправильно и в то же время томительно.
Он осторожно, почти нежно развернул мое лицо к себе.
— Смотри мне в глаза, когда я говорю с тобой. — Прямо процедил, осторожно приблизившись.— Жасмин...
Практически блаженно прошептал, после чего выпрямился.
— Что?
— Здесь есть тайный аварийный проход. — Его указательный палец показал на железную панель, выкрашенную в цвет стеллажа.
— Я думала, людям вроде тебя она не нужна. — Бросила без задней мысли, отрываясь от его зеленых глаз.
Он сощурил брови в переносице.
— Это каким же?
— Ну не знаю, тем, кто в одиночку может положить таких, как я, с десяток. — От собственных слов ледяная игла уколола шею.
Как я отвыкла от таких умозаключений.
И снова приходится вспоминать о мире, в котором росла все те долгие мучительные годы.
— Она для тебя. — Он усмехнулся. — Мой отец еще двадцать лет назад создал в каждой спальне такую дверь и настоящие лабиринты для отхода во время нападения.
— Зачем? — Я не заметила, как перешла на шепот.
— Для кого. — Любезно поправил, проводя пальцами по деревянному стеллажу, в то время как легкий скрежет сжал мои нервы в тугой жгут. — Для моей матери. Он продумал для нее целую систему, которая не предполагала ни малейшего шанса на неудачу. И теперь все это для тебя, я покажу систему лабиринта немного позже.
— Что это значит? — Я попыталась переварить последнюю фразу, но, похоже, она ошеломила меня куда сильнее, чем схема туннелей в его доме. — Я не понимаю, Данте.
Проигнорировав мое состояние, он протянул свою руку, обворачивая длинные пальцы вокруг моей ладони.
И, не говоря ни слова, мы двинулись к выходу из спальни, а после в коридор.
Все это время он был максимально спокойным, но ничуть не коммуникативным. Что пугало.
Вопросы лишь множились. Этот мужчина явно непревзойденный гроссмейстер в пытках, потому что эта неизвестность чересчур губительна.
— Твои вещи Майкрофт занесет. — Он подвел нас к другой комнате. — Но совершать набеги на мои тебе никто не запрещает.
Он прохладно усмехнулся, впуская нас внутрь.
Помещение оказалось его кабинетом. Таким же строгим и педантично чистым.
Но морозная свежесть была как раз кстати, позволяя мне немного выдохнуть.
Моретти посадил меня на стул возле своего рабочего стола, после чего обошел его, доставая что-то из верхнего ящика.
Это же не то, о чем я думаю?
Мои нервы напряглись еще сильнее, внутри все взбеленилось от наблюдения бархатной коробочки, такой же, какую я получила ровно четыре года назад от Торичелли.
Неужели он хочет мне об этом напомнить, или это новая его изощренная пытка?
Додумать я не успела, его прохладная рука прижалась к верхней части моего лба, остужая.
— Успокойся, Ария. Ни твой отец, ни твой жених не получат тебя и ничего из того, что ты способна дать им. — Мое сознание погружается в белоснежную оболочку странного спокойствия. — Это кольцо, наша с тобой сделка. Я предлагаю тебе все, что имею, Ария. Свой синдикат, свою защиту, свое сердце, и взамен я рассчитываю на твою преданность и взаимность.
— Что? — В горле пересохло.
Он предлагает мне... Он предлагает мне выйти за него?
Он не собирается избавиться от меня?
— Ария, ты станешь моей женой сегодня вечером. — Продолжает парировать, балансируя между пропастью и раем. — Или так, или никак иначе. Я никогда не отправлю женщину против ее воли туда, где ее будут угнетать, но это не значит, что я не смогу подарить тебе быструю смерть.
— Сегодня? — Выдавливаю из себя это слово.
Хочется проклинать сердце за то, как чужие слова его покорили.
Меня не должен восхищать мужчина, обещавший мне смерть.
Но его защита, как обезболивающее, накрывает прохладной негой воспаленный болевой очаг.
— Сегодня, Ария.
Мое чёртово сердце сжалось, попадая в тиски его невозможных слов.
Я должна выйти за Данте Моретти, иного для меня не будет.
Никто не сможет защитить меня от моего отца и жениха.
— Я согласна. — Принятие медленной лозой опутывает сознание.
Мышцы Данте слегка расслабляются, но он остается совершенно серьезным.
Открыв коробочку, он позволяет мне рассмотреть кольцо из белого золота с аккуратным розовым бриллиантом в виде цветка.