И пусть я привыкла к местным мелодрамам, которые часто крутили по ТВ, но это все было совершенно ни о чем рядом с Данте.
Моя голова дернулась в сторону, когда тело пробил озноб, разрезая воздух свистом упавшего на пол кружева.
Ария, соберись, черт возьми!
Прокричало все мое сознание, уговаривая быть стойкой перед всем, что мне уготовлено.
Но вопреки всему дурацкие мурашки сотрясли оголенную спину.
Данте обхватил мое запястье, притягивая к себе ближе.
Наши глаза соприкоснулись в немом противостоянии.
Казалось, Моретти был чертовски спокойным.
Но его твердый взгляд, смутно напоминавший то, как смотрит на свою жертву орел, вынуждал органы сжиматься по стойке смирно.
Он не делал ничего. Просто смотрел, не позволяя своим глазам опуститься к ластовицам кружева.
Это немое противостояние длилось не больше двух минут. За это время я успела окунуться в пучину собственных мыслей.
А вдруг Дон передумал? Может, пожалел? Или всё это очередная изощренная игра.
Оторвавшись от моей руки, Данте развернулся к гардеробной, предоставляя лучший вид на свою широкую спину. После чего исчез в темных стенах.
Быть обнаженной в этой комнате в ожидании своего часа делало меня чертовски уязвимой.
Он не сделает мне ничего!
Он не просто так взял меня в жены!
Моретти был добр ко мне всё это время!
Эти убеждения казались такими логичными и правильными, что это не могло не поубавить мой нрав спрятаться под одеялом, игнорируя происходящее.
Хотя в то же время каждый из ныне знакомых мужчин, находящихся в синдикате, какие только маски не примерял, чтобы ослабить женскую бдительность.
Но что-то подсказывало изнутри: Моретти мог быть каким угодно, но только не лжецом.
Шорох шагов наполнил комнату, отдаваясь почти неосязаемым стуком каблука итальянских туфель о паркет.
Я была готова ко всему, но не к тому, что мой новоиспеченный муж войдет в спальню с отрезом шелка.
Мужчина приблизился ко мне так близко, что рукава его пиджака касались моих плеч.
— Подними руки, Ария. — Бархатный тембр приятно оплел окружающий холод.
Как истинная марионетка, приподняла кисти с молчаливой опаской, наблюдая за тем, как его руки растягивают ткань, что на глазах обрела вид сорочки.
Теплые руки Данте бережно продели ткань сначала через мои руки, уже после через шею и грудь, позволяя пыльной розе обрести форму.
— Тебе нужно в душ? — Он опередил любой мой вопрос.
— Нет... — Его рука снова прижалась к запястью, делая шаг вместе со мной в направлении кровати. — Но я бы хотела умыться.
Голос дрогнул, но Данте спокойно отпустил мою руку, позволяя отойти.
Шаги давались легче, ощущая себя не настолько обнаженной в этом произведении известного кутюрье.
— Почему... — Слова застряли в горле.
Стоило развернуться, я столкнулась с пристальным, почти покровительственным взглядом. Как будто Моретти был ювелиром, в чью коллекцию попало колье, за которым охотилась вся Британия.
Мамочки!
— Дрожишь как осиновый лист. — Почти с усмешкой протянул мой муж. — Ария, я не насильник, в моей постели девушки оказываються исключительно по собственному желанию.
Услышав это откровение, захотелось скривиться. Он правда собрался посвящать меня в такие подробности или это намеки о любовнице?
Неожиданно мужчина хохотнул, скидывая пиджак в стоящее около окна кресло.
— А ты, похоже, собственница, миссис Моретти.
Смутившись таких комментариев, быстро проскользнула в уже знакомую ванную.
Теперь он придумает себе невесть чего!
С досадой осознала, включая холодную воду.
Это помогло немного освежиться, но не настолько, чтобы перспектива вернуться в комнату меня не пугала.
Но делать было нечего, в конце концов сидеть здесь больше чем двадцать минут было подозрительно.
Вздохнув, вернулась в комнату.
Увиденное замедлило мой шаг.
Подобно греческой статуе, Данте возвышался возле окна в одних боксерах.
Его тело было усовершенствованно грудой мышц настолько, что это напоминало сталь.
— Нравится?
— Впечатляет. — Мой голос, должно быть, звучал сейчас жалко.
Но как я должна была справиться с переполнявшими тело эмоциями?
А между тем его рука вытянулась, протягиваясь ко мне, и, не говоря ничего, мужчина одним своим взглядом приказывал взять ее.
Не став спорить с судьбой, я осторожно коснулась его горячей кожи.
Почти сразу он дернул меня на себя, крепче обхватывая мои плечи.
Наклоняясь так, что наши глаза смотрели четко друг на друга. И никуда больше.
Слишком короткое и опасное расстояние.
— Ты моя жена, Ария, ты всегда будешь до конца честной со мной, ты будешь доверять мне себя и свою жизнь несмотря ни на что. — Его голос понизился, приобретая серьезные очертания. — Пообещай мне.