— Ты странный, Джейк.
— Ты мокрая, Лекси.
Я сглотнула.
Ноги подкашивались.
— Отвали.
Он усмехнулся.
— Скажи это громче. Убедительно. И я уйду.
Я молчала.
— Ну?
Я посмотрела ему в глаза. Там — тьма и желание.
Он был одержим. И я чувствовала это кожей.
Я хотела его. Больше, чем воздух.
И от этого хотелось вырвать себе сердце.
Я оттолкнула его. Он позволил.
Я обошла его и прошла мимо. Он не пошёл следом.
Просто бросил:
— У тебя красивые ноги, Лекси. Особенно, когда ты убегаешь.
Я не оглянулась.
Только вышла на улицу, выдохнула — и поняла:
Я в глубокой, опасной, сексуальной жопе.
И эта жопа — мой сосед.
Глава 2. Глаза в глазок
Я проснулась от щемящего чувства внизу живота.
Такое бывает после секса — хорошего, животного, дикого.
Вот только… секса не было.
И это, сука, бесило.
Я валялась в кровати, распластанная, как выброшенная на берег русалка, голая, запутавшись в простынях. В голове — обрывки. Его стон. Его шепот. Его тело.
Я прикусила губу и закрыла глаза. Не помогло. Воспоминания не уходили. Они царапали, щекотали, возбуждали.
Чёрт, я слышала, как он дрочит.
И знала, что он это делал специально для меня.
Я встала, пошла на кухню — и остановилась.
На столе — кофе.
Охуеть.
Кофе в термостакане, закрытый. Рядом — маленький бумажный пакетик, в нём…
Круассан.
И, как в каком-то дешёвом фильме, — бумажка с надписью:
«Чёрный, без сахара. Смотри в глазок, Лекси.»
Я чуть не села прямо на пол.
Он был здесь.
Когда? Ночью? Утром? Пока я спала?
И как он, чёрт возьми, знает, как я пью кофе?
Мои руки дрожали. Я посмотрела на дверь.
На глазок.
Блядь. БЛЯДЬ.
Я подошла и посмотрела в него.
Пусто.
Но дрожь уже пробежала по спине, как хищник.
Я вернулась, села на табурет и уставилась на кофе.
Он знал. Всё.
Мою привычку вставать в семь тридцать. Мой вкус. Мой ритм.
Он следил за мной.
Я сделала глоток. Горячий. Горький. Идеальный.
И мне стало страшно вкусно.
От него.
Я зареклась.
Сказала себе: всё, хватит. Не думай о нём. Не думай о его теле, о голосе, о взгляде, который пронизывает до костей.
Не думай, как он стоит, облокотившись на дверной косяк, и говорит:
«Ты мокрая, Лекси».
Но мой мозг — не слушался.
А тело — предавало.
Я поймала себя на том, что не выхожу из квартиры, пока не услышу его шагов в коридоре.
Я стояла у двери, когда он хлопал входной.
Я знала, когда он возвращается. Когда уходит.
И каждый раз — я смотрела.
В глазок.
Он… всегда знал.
Он не просто шёл мимо. Он останавливался.
Прямо напротив моей двери.
И смотрел в глазок.
Прямо на меня.
Прямо внутрь меня, чёрт его дери.
Это было невозможно.
Он не мог видеть меня. Это обычный глазок, блядь.
Обычная старая линза.
Но каждый раз, как я приникала к ней — он уже стоял там.
Смотрел.
Без улыбки. Без эмоций.
Только этот взгляд.
Холодный. Спокойный.
Опасный.
Первый раз это было утром.
Он вернулся с пробежки — футболка прилипла к телу, плечи широкие, волосы влажные.
Я прильнула к глазку, затаив дыхание.
Он прошёл.
Остановился.
Повернулся.
И встретился взглядом со мной.
У меня вырвался тихий вскрик.
Я отпрянула от двери, как будто он ударил меня током.
Сердце колотилось в груди, я прижала ладонь к груди, ноги стали ватными.
Он знал.
Он чувствовал, когда я смотрю.
Когда я рядом.
Когда я… возбуждена.
Я села на пол прямо у двери. Спина — к дереву, колени к груди.
Пульс гремел в ушах.
Воздух не лез в лёгкие.
Это ненормально.
Это… болезнь.
Но я всё равно подползала к двери каждый раз, как слышала его шаги.
Каждый.
Сраный.
Раз.
Я сидела в тишине. Уже третий час.
Но тишина у нас с ним — всегда обманчивая.
Где-то глубоко внутри у меня всё зудело.
Словно кожа знала: он рядом.
Он думает обо мне.
Он играет.
Он ждал, когда я сорвусь.
И я срывалась.
Постепенно.
Сначала просто слушала.
Потом — смотрела.
А теперь — стою у двери, в одних трусиках и майке, в два часа ночи, прижавшись к холодному дереву, затаив дыхание.
Я хочу — чтоб он был там.
И, сука, он есть.
Тук.
Тук.
Тук.
Три чётких удара.
Медленно. С паузой. Как будто он знает, что я тут.
Я замираю.
Он не звонит. Только стучит.
— Лекси, — звучит его голос. Глухо. Сквозь дерево. Но я чувствую его вибрацией.
— Что тебе нужно? — хриплю. Сама не верю, что отвечаю.
— Ты смотришь. Часто.
Я решил — посмотреть в ответ.