Мужчина неспешно движется ко мне, и я инстинктивно вжимаюсь еще сильнее в спинку дивана. Он не останавливается, но приподнимает руки, ладонями вверх. Жесткие черты его лица под маской сглаживаются. Лишь алая капля крови на воротнике напоминает о том, что только что произошло.
Стены вдруг начинают сжиматься вокруг меня, а звуки становятся тише.
— Дыши со мной, — неожиданно требует он. — Вдох… и выдох. Давай, ты сможешь.
Но воздуха не хватает, легкие отказываются работать.
— Смотри на меня, — приказывает он, опустившись передо мной на корточки. — Назови пять вещей, которые ты видишь в этой комнате.
Я мотаю головой и послушно перечисляю:
— Л-лампа… Стакан на столе… диван… узор на стенах… твоя маска.
— Хорошо. Теперь четыре вещи, которые ты можешь потрогать.
— Бархат дивана… шелк платья… холодное кольцо на пальце… моя собственная кожа.
— Отлично. Три звука, которые ты слышишь.
Гул в ушах стихает, уступая место далеким, глухим ударам басов из клуба. Тихому гудению вытяжки. И его спокойному, размеренному дыханию.
— Музыка… вентилятор… и… ты дышишь.
— Два запаха. Какие?
Прикрываю глаза, втягивая воздух. Тянет его дорогим одеколоном с нотками табака и чем-то металлическим.
— Твой парфюм… и… кровь.
— И последнее. Назови одно ощущение. Что ты ощущаешь прямо сейчас? Физически.
Делаю глубокий вдох, и он наконец-то наполняет легкие.
— Я чувствую… текстуру дивана.
Мир медленно возвращается в фокус. Комната перестает кружиться.
— Ты в порядке? — тихо спрашивает он. Его взгляд скользит по моему лицу, задерживаясь на губах. На мгновение в темных глазах что-то меняется, и взгляд становится жестче.
— Да, — хриплю я нерешительно. — Спасибо.
Незнакомец коротко кивает и тянет ладонь к моему лицу. Тело реагирует раньше разума: я втягиваю голову в плечи и зажмуриваюсь. Уже готова закричать, но подушечки пальцев касаются моей щеки с неожиданной нежностью. Он убирает прилипшую от слез и пота прядь волос, на несколько долгих секунд задерживаясь на коже.
Когда я открываю глаза, мужчина резко отдергивает руку. Мой разум кричит «беги», но ноги будто приросли к полу. Что-то удерживает меня рядом с ним. Какое-то неправильное, темное любопытство. Он спас меня, но пугает сильнее того, от кого защитил.
— Тебе больше ничего не угрожает, — его голос становится ниже, в нем появляется хрипотца, от которой по коже ползут мурашки. — По крайней мере, пока ты со мной.
Мужчина тянется назад к кровати и подхватывает плед. Одним движением расправляет тяжелую ткань и накрывает мои ноги. Грубая шерсть касается голой кожи чуть выше колен. Его пальцы медленно разглаживают складки, почти невесомо скользя по мне через ткань.
— Так-то лучше.
Рука задерживается на пледе, прямо над моим коленом. Я чувствую тепло его ладони и не тороплюсь шевелиться. Да и вообще ничего не делаю. Тело по-прежнему отказывается двигаться, а язык будто прилип к небу.
— Я отвезу тебя домой, — произносит он после долгой паузы, и тон не оставляет места для возражений.
Адреналин ударяет в кровь, инстинкт самосохранения наконец-то просыпается и орет во все горло.
— Нет, не нужно, я сама…
— В таком состоянии тебе нельзя оставаться одной, — отрезает мужчина, обрывая меня на полуслове, и, наконец, убирает руку. — Это не обсуждается, Дана.
Откуда он знает мое имя?
Я не говорила ему, как меня зовут. Да и вообще никому в клубе.
Наверняка я сошла с ума, или мне что-то подсыпали в напиток. Другого объяснения этому нет. Но мне хочется узнать о нем больше и посмотреть, что будет дальше. Не успеваю я и рта раскрыть, как он одним движением подхватывает меня на руки. От неожиданности я вскрикиваю и цепляюсь за его шею. На его губах мелькает тень усмешки, прежде чем он осторожно поднимается на ноги.
— Кто… ты? — выдыхаю я, прижимаясь к его твердой груди.
— Тот, кто позаботится о тебе и проследит, чтобы больше ты не попадала в неприятности.
В его голосе звучит упрек, как будто я глупая девчонка. Внутри меня поднимается волна протеста.