— Почему ты так думаешь? Разве на мне есть какая-то вина? Разве я не добился того, чтобы виновный понёс наказание?
Я сжала руки в кулаки, до боли впиваясь пальцами в кожу и наглухо запирая безумную ярость, которая способна сжечь лишь меня одну. С усилием расслабляюсь, вымучивая жалкую улыбку, и тихо говорю:
— Я не знаю деталей этого дела, но жизнь всё расставит по своим местам, господин Эрнест. Виновные всегда несут ответственность за преступление, — отвернулась и прикрыла глаза, пытаясь избавиться от его запаха, усмешки, горячей кожи и пронзительных прикосновений.
— Ты еще слишком молода, Эсмера. Жаль, что однажды жизнь ломает всех. И даже твоя вера в справедливость потерпит крах, — приподнял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза, хрипло бросив, — но я постараюсь сделать так, чтобы это произошло как можно позднее.
«Ты — единственная причина моих бед. И если я сломаюсь, то не пойду ко дну без тебя».
Когда мы подъехали к знакомым домам, я затряслась по-настоящему. Мне было дико страшно выходить на улицу. Я могла встретить здесь свою сестру, маму и соседей, которым прекрасно известно, кем является человек, идущий рядом со мной.
Мальдини открыл дверь и вышел первым. Протянул мне ладонь и жестко приказал:
— Вылезай. Мы и так опоздали. Не будем заставлять людей ждать.
Прежняя уверенность вмиг меня покинула. Я попыталась воспротивиться и покачала головой:
— Нет, вы идите, а я вас тут подожду.
— Пойдем. Сейчас же. Не заставляй меня силком вытаскивать тебя из машины, — я вздрогнула от холода в его голосе и приняла руку. Мальдини резко потянул меня на себя, заставляя впиться ладонями в его плечи, чтобы не столкнуться с ним лбами.
Я поежилась, поправила одежду и неуверенно пошла за ним. Мужчина даже не обернулся — он прекрасно знал, что я выполню его приказ.
Мы оказались в довольно просторном доме, где собрались почти все семьи погибших. Они резко поднялись, заметив статную фигуру Эрнеста, и настороженно смотрели на него, сохраняя молчание. Мне стало немного спокойнее, когда я не увидела знакомых лиц. Люди и сами, вероятно, не подозревали, зачем Мальдини пригласил их сюда. И пока что держали нейтральную позицию, что не могло не радовать. Значит, они не до конца поверили новостям, и росток сомнений до сих пор трепыхался в их сердцах.
Но Эрнест быстро его растоптал своей пронзительной речью, полной обмана и лжи.
— Всем доброе утро. Я хочу лично принести вам свои извинения за инцидент, в результате которого вы потеряли своих близких. По себе знаю, что никакие деньги и награды не успокоят вашу боль, но всё же я чувствую ответственность за произошедшее и потому, — бросил резкий взгляд на меня и открыто улыбнулся, прожигая мое тело глазами, — хочу объявить о том, что вас переселят в более престижный район, где будут все удобства. Разумеется, за счет компании и только с вашего согласия.
«Шах и мат» — говорили его холодные глаза.
Идеально поставленная речь. Сделал вид, что соболезнует, затем упомянул о собственной потере, заручившись их доверием и, наконец, забросил приманку, на которую люди накинутся, как на последний кусок хлеба.
В комнате повисла неловкая тишина. Одна женщина подняла ладонь и неуверенно спросила:
— Всем семьям будут выделены дома? Вы можете это обещать?
— Я не только обещаю, но и могу предоставить все бумаги. Если вы их подпишете, собственность будет вашей. Можете заезжать в ближайшую неделю, вас никто ни в чем не ограничивает.
Другая резко возразила:
— Разве это правильно? Наши мужья и отцы погибли в тот ужасный день, а вы пытаетесь откупиться деньгами? — обвела взглядом комнату и воскликнула. — Женщины, вы с ума сошли? Не видите подвох? Стали бы делиться такими щедрыми предложениями, если бы не было особых поводов? Очевидно же, что дело нечистое. Наверняка в этих бумажках, среди сотни условий, будет спрятана пометка о молчании. Вы же не верите в то, что Гаспаро мог намеренно закрыть глаза на плохое состояние шахт? А сейчас готовы обо всём забыть?! Вы все настолько алчные? Я не хочу в это верить!
Мальдини медленно подошёл к ней и поучительно сказал, словно обращался к непутевому ребенку, не понимающему истины:
— Почему бы вам просто не поверить в нашу искренность? Мы не в силах вернуть жизни погибших, но берем ответственность за своего работника, по вине которого произошла эта катастрофа. Что в этом неправильного? Вы не хотите жить в более комфортных условиях? Если да — вас никто не заставляет. Документы на собственность вы сможете тщательно прочитать перед их подписанием. Вы, видимо, совсем отчаялись, раз не верите в доброту, но я могу вас заверить — никаких потайных умыслов в этом деле нет. Я лично знаком с Гаспаро Кастильоне и не мог предугадать подобного. Так уж сложилось, что людям нравится притворяться. Они ежедневно снимают маски и надевают новые, — кинул острый взгляд на меня и усмехнулся, — я искренне надеюсь, что, когда Гаспаро признает свою вину, у вас больше не останется никаких вопросов.