Настоящее время.
Рабочий день тянулся невыносимо долго. Я постоянно смотрела на часы, изнемогая от желания вырваться на свободу, покинув стены компании, чтобы наконец-то докопаться до истины. Успокаивало только одно — Эрнеста я практически не видела и лишь мимолётом сталкивалась с ним взглядами, когда мужчина выходил из своего кабинета.
Бумажку с адресом девушки я порвала на куски и выбросила, чтобы случайно не обронить её или же не забыть на рабочем столе. Мои мысли метались из стороны в сторону, создавая в душе сумасшедший хаос. С одной стороны, я была напряжена до предела и не находила себе места, но, с другой стороны, мой разум оставался холодным и ясным.
Наконец-то часы пробили заветное время. Я быстро собралась, выключила компьютер и направилась к лифту, по пути вызвав такси. Сердце зашлось от страха и билось о ребра, норовя раздробить их все до единого. Я встряхнулась, поправила воротник, пытаясь сбросить с пальцев неприятную дрожь, и вышла из компании, замерев возле парковки.
Нервно оглянулась, убеждаясь в том, что за моей спиной нет никого из знакомых, и подошла к машине. Путь предстоял достаточно долгий, и мне срочно нужно было придумать, как уговорить Ванду Бруно публично дать показания и оправдать моего отца.
Я была абсолютно уверена в том, что девушка меня и не порог не пустит. Слишком подозрительно её внезапное увольнение и потеря каких-либо контактов. Наверняка Мальдини лично отослал её как можно дальше, чтобы та не проболталась и не поставила его под удар.
Такси остановилось возле неприметного и небольшого домика. За высоким забором я с трудом разглядела сад, который, впрочем, выглядел заброшенным и зарос сорняками. Место было крайне уединенным и находилось в черте города. Вокруг — лишь маленькие магазинчики и еще несколько домов, окруженных прочным забором.
На мгновение я прикрыла глаза и задержала дыхание, собираясь с мыслями. Дрожащей ладонью нажала на звонок и отступила назад, пытаясь сконцентрироваться и скрыть своё беспокойство. Она — моя последняя надежда, и я ни за что не уйду отсюда, пока не уговорю её сказать хотя бы пару слов.
Послышался скрип половиц. Приглушенный голос неуверенно и с опаской спросил:
— Кто там?
— Здравствуйте. Я из компании, в которой вы раньше работали. Эрнест Мальдини послал меня для того, чтобы обсудить одну проблему, связанную с вашим увольнением, — мой голос слегка подрагивал, и я прокашлялась, чтобы не выдать своё отчаяние.
Если бы я сразу объяснила, зачем приехала, то разговаривать, скорее всего, пришлось бы с дверью. Уж не знаю, чем именно Мальдини запугал эту девушку, но он точно нашёл самые верные рычаги давления, сквозь которые будет крайне сложно пробиться.
Я постояла еще минутку и добавила:
— Пожалуйста, откройте. Это очень срочно.
Мой слух уловил щелчок замка. Ванда осторожно открыла дверь и отошла в сторону, пропуская меня внутрь. Девушка очень нервничала, и это было заметно по её мимике, подрагивающим рукам и испуганным глазам.
Она окинула меня подозрительным взглядом и тихо спросила:
— Что еще ему нужно?
Я повернулась к ней и аккуратно дотронулась до её плеча, боясь спугнуть. Тихо сказала:
— Простите, я вас обманула. Меня никто сюда не посылал, я сама приехала.
Ванда отшатнулась и в ужасе посмотрела на меня:
— Что вам нужно?
— В тот день, когда вы работали администратором, мой отец приходил в компанию, чтобы отдать заявление Мальдини. Имя Гаспаро Кастильоне наверняка вам знакомо?
Она резко покачала головой и неожиданно повысила голос:
— Пожалуйста, уходите! Не знаю, зачем вы пришли, но я ничего вам не расскажу. Я…я…я, — начала задыхаться, словно в припадке, и встряхнулась, впившись в меня глазами, — не могу рисковать. Вы беспокоитесь за своего отца, а я — за брата. Вы не можете ничего от меня требовать, а потому не теряйте время даром и уходите!
— Подождите…Эрнест угрожал вашему брату? Что именно он вам пообещал?
На её глазах проступили слезы, и девушка обреченно опустила голову вниз:
— Я не могу об этом говорить! Если он узнает, что я хотя бы кому-то рассказала, то он…он точно просто уничтожит меня.
— Почему вы не обращаетесь в полицию? Не пытаетесь подать на него в суд за угрозы? Вы ведь наверняка не хотели уходить из компании и были вынуждены жить в этой глуши. Почему вы так легко сдались?
Ванда решительно сжала руки в кулаки и резко спросила, выплескивая на меня свой гнев и обиду:
— А вы? Почему вы приходите ко мне, а не боретесь с ним законными методами? Моё положение совершенно не отличается от вашего, я, как и вы — лишь заложник ситуации.