— А что насчет тебя? — он почти не ест и даже не пьет. Лишь впивается в меня хищным взглядом и выжидает.
Я ужинаю с самим Дьяволом, не умеющим воспринимать других людей, как равных. Я еще не догадываюсь о том, что этой же ночью он перекроет мне кислород. Заставит хлебнуть литры боли и давиться ими, подчиняясь его эгоистичным желаниям.
И потому тщетно надеюсь, что Мальдини быстро наиграется и забудет обо мне. Найдет другую, более послушную куклу, которая не умеет отказывать и будет везде за ним следовать.
— Что ты хочешь узнать? — надкусываю сочное мясо и делаю глоток терпкого вина. Алкоголь приятно обжигает горло, и на мгновение мне становится легче. Ровно до следующего вопроса:
— Какими были твои предыдущие отношения?
Напряжение достигает предела, буквально сотрясая воздух. Мне резко становится нехорошо от одной только мысли о том, что мужчина может всё узнать. Выяснить правду про Леона и получить новый способ меня шантажировать.
— Это было давно. Нечего рассказывать.
— С твоей внешностью у тебя должно быть много ухажеров.
Даже завуалированные комплименты из его уст звучат грязно и похабно. Я опираюсь на спинку стула и высокомерно замечаю:
— Во мне видят внешность, а в тебе — деньги. Но, в отличие от тебя, я не кидаюсь на каждого встречного.
Он кладет руки на стол и вкрадчиво протягивает:
— Почему ты решила, что я такой? Веришь слухам?
Я грустно усмехаюсь, вспоминая предупреждения Агаты:
— Я и есть первая встречная. Как же легко, оказывается, тебя заинтересовать. Ироничнее всего то, что тебя привлекает неприступность и отчужденность, хотя в отношениях ты требуешь полного подчинения. Ломаешь других людей, как однажды ломали тебя.
Упоминание о той записи, которую Мальдини давал мне послушать, пробивает брешь в холодном облике Эрнеста. Мужчина резко поднимается, подходит ко мне и сдергивает со стула.
Хрипло говорит:
— Зря ты об этом сказала. Сама же лишаешь меня возможности быть хорошим по отношению к тебе, — его ладонь сжимает мою талию и подтягивает еще ближе к разгоряченному телу.
Жесткие пальцы крепко держат мой подбородок и не дают отстраниться. Я пытаюсь ударить Мальдини, но тот резко заламывает мои руки и заводит их за спину. Его горячий язык жадно проникает в мой рот, заглушая готовые сорваться с губ просьбы остановиться.
Мужчина до боли стискивает мою талию и вжимает в жесткое тело. Резко поворачивается и толкает к стене, заводя мои ладони за голову и шепча что-то нечленораздельное, больше похожее на унижающий клик: «Моя».
Его глаза горят одержимостью и какой-то сумасшедшей страстью. На кончике языка я чувствую привкус крепкого алкоголя, и с каждой секундой Эрнест лишь увеличивает свой напор. Мне некуда деться. Все обещания Мальдини летят в топку, и я тоже решаюсь играть не по правилам.
Резким, почти неуловимым движением, продиктованным вспыхнувшим адреналином, я кусаю его за губу. От неожиданности мужчина отстраняется, и я упираюсь ладонями в его грудь. Капли крови проступают вокруг его рта, что вызывает лишь усмешку на лице Эрнеста.
Сорванным голосом предупреждаю:
— Отпусти. Ты же не хочешь, чтобы я возненавидела тебя еще сильнее.
— Твоя ненависть на вкус, как самый сладкий сахар. Сколь же прекрасно-горькой должна быть твоя любовь, которую ты мне непременно подаришь, — его дыхание шумное, прерывистое. Мальдини больше не пытается приблизиться ко мне и лишь обводит изучающим взглядом.
Глазами спускается от шеи к ключицам и крепко сжимает руки в кулаки. Настолько крепко, что мне мерещится хруст его пальцев.
— Я хочу уйти, — говорю четко и достаточно громко, но не вижу никакого отклика в его взгляде. Глаза Мальдини темнеют от едва сдерживаемой страсти. Он хрипло шепчет:
— Отпущу. Обязательно отпущу, вот только ты никуда не уйдешь.
Его низкий, глубокий голос отзывается дрожью в моем теле. Я резко качаю головой, пытаясь выровнять дыхание и отойти от пережитого шока.
Мужчина тихо подкрадывается ко мне и властно говорит:
— Ты должна научиться меня слушаться, Эсмера. Пути назад уже нет. Согласившись на моё предложение, ты подписала себе приговор, который пока что может казаться тебе смертным, но на самом деле…он сулит лишь множество приятных сюрпризов.
— Вокруг тебя вьются сотни девушек. Почему именно я?! — нервно поправляю одежду, мечтая вернуться домой и смыть с себя этот позор.
— Я устал от доступности. С тобой интересно, — его глаза зажигаются непонятным мне огнем, — я переживаю каждую эмоцию, как в первый раз.