В комнате замерли три человека. Две пешки, втянутые в игры Мальдини, и король, всегда уверенно держащийся на ногах.
Неестественная улыбка неприятно жжет губы. Я смело встречаю раздавленный взгляд Леона, жестким усилием заставляя себя стоять на месте. Я хочу закричать, но не могу даже расплакаться. Запираю боль на семь замков и аккуратно отстраняюсь, убирая ладонь Мальдини со своей талии.
Я даже не знаю, что больше всего меня пугает — странный озноб или же абсолютное хладнокровие. Меня не покидает ощущение нереалистичного сна, который вот-вот должен прекратиться, но ночь уже давно захватила меня в свой плен и с каждым днем лишь сильнее разворачивает события жуткого кошмара.
Леон медленно поднимается, пронизывая меня презрительным взглядом. Чувство мрачного удовлетворения, такого неправильного и жуткого, пронзает сердце, почерневшее от испытаний судьбы, через которые я вынуждена пробираться в одиночку. Когда-то Леон сделал мне очень больно. Растоптал мою любовь и оставил в одиночестве на пепелище, а теперь сам столкнулся с тем, как зверски хочется кричать о своих страданиях, но весь мир остается глухим к чужим слёзам.
Он ничего не говорит. Спокойно вытирает кровь с лица, слегка морщась от боли, и уходит, громко хлопая дверью.
Я знаю, почему Леон молчит. Мальдини не должен узнать о прошлом, которое нас связывает, потому что последняя нить только что треснула, сбрасывая мост драгоценной любви в бездонную пропасть.
Теперь у него есть невеста. Быть может, если бы Беатрис не была настолько доброй душой и сердцем, мне было бы проще принять их счастье. Я не хочу копаться в сомнениях и еще глубже погружаться в наши счастливые воспоминания, от которых остался лишь прах. Нас спасет только забвение. Он найдет свой покой рядом с хорошей девушкой, а я…
Я буду просто жить дальше. Счастливая или нет — покажет время. Ну и желание Мальдини освободить меня от поводка, больно стягивающего шею.
— Я иду домой, — холодно сообщаю, беря с дивана сумку и накидывая плащ.
— Ты так и не ответила на мой вопрос.
— Какой?
— Что между тобой и Леоном? — грубо выплевывает имя мужчины, который некогда заменял мне весь мир.
— Ничего. Что может быть между нами? — поворачиваюсь к Мальдини и сухо качаю головой. — Он просто защитил слабую девушку.
— Ему всегда было плевать на других людей. И тут вдруг он решает проявить благородство? — подходит ко мне и касается ладонью щеки, хрипло шепча. — Не ври мне.
— Думай как хочешь. Ты получил желаемое. Что еще тебе от меня надо? — раздраженно спрашиваю.
— Я еще ничего не получил. И, раз на то пошло, ты так и не сказала мне своё добровольное «да», — его губы растягиваются в хищной улыбке, а глаза пылают немилосердным огнем.
— И никогда не скажу. Забудь. Мы договаривались только о том, что я буду жить в твоем доме и терпеть твоё постоянное присутствие.
— Я передумал. У меня нет никаких гарантий того, что завтра же ты не сядешь на поезд и не сбежишь от меня. Но, — помедлил, подбирая слова, — если ты станешь моей женой, тебя не выпустят из города. Без моего разрешения.
— Ты и так держишь на мушке всю мою семью. Такой гарантии для тебя недостаточно?
— Мне этого мало. Я хочу быть уверен на сто процентов в том, что ты никуда не денешься.
— Я здесь. Рядом с тобой. Приезжаю, когда ты хочешь. Делаю то, что ты хочешь. Об остальном и не мечтай. Быть твоей женой — всё равно что попасть в тюрьму с вечным сроком заключения. Та же клетка, отличие лишь в том, что ты красиво её преподнесешь, — горько усмехаюсь, до боли впиваясь пальцами в сумку.
Он переходит черту и должен знать, что просто так я не дам собой помыкать.
— Ты, кажется, не понимаешь. Мне не нужно, чтобы ты приезжала по первому моему зову. Я хочу видеть тебя утром, днем и вечером. Особенно ночью. Хочу, чтобы все знали, кому ты принадлежишь. Чем раньше ты это примешь, тем легче нам будет двигаться дальше.
— Никогда. Слышишь? Никогда я это не приму, — хватаю его за край пиджака и яростно шиплю, — когда я соглашалась на сделку, я думала, что у неё есть срок годности. Брак, который ты мне предлагаешь, навечно свяжет меня по рукам и ногам. Либо довольствуйся тем, что есть, либо отпусти меня.
— Здесь не ты ставишь условия, а я. Сокровище мое, — подается ко мне и насмешливо улыбается, — у всех людей есть секреты и слабые стороны. Я без проблем найду еще одну причину, которая вынудит тебя сказать мне: «Да».
— Ищи. И молись всем Богам, чтобы я не нашла твою слабую сторону, потому что моя рука не дрогнет.
POV: Эрнест
Она ринулась к двери и громко захлопнула её за собой. Сопротивляется. Слишком часто отказывает мне. Привязывает еще сильнее, хотя я и так безвозвратно потерялся в ней. Забывал обо всем, видя её силуэт и наслаждаясь красотой голубых глаз. Я словно подсел на самый крепкий кайф, и каждый раз загибался от жестокой ломки, стоило ей исчезнуть с моего поля зрения.