Я прижимаю палец к губам и качаю головой:
— Тихо. Я поняла. Тебя никто не видел?
Замечаю её трясущиеся руки, испачканные в крови, и резко вздрагиваю. Одна неудача следует за другой. Этому просто нет конца.
— Нет. Я только вышла из дома, а он…лежит там…я боюсь проверить, дышит ли он.
— Ты поранилась? — беру её за ладонь и вижу глубокую царапину, рассекающую кожу чуть ли не до костей.
— Когда я…пыталась отбиться от него, схватила вазу и поранилась осколком. Я ничего не понимаю…он что…умер? Я убила его? — она резко переходит на крик, и я прижимаю её хрупкое тело еще ближе к себе, плача вместе с ней.
Возвожу взгляд к небу и молюсь — только бы он был жив. Пожалуйста. Моя сестра не должна расплачиваться за то, что защищалась.
— Подожди меня тут, хорошо? Встань где-нибудь неподалеку, чтобы тебя никто не заметил. Я всё проверю.
Она сухо кивает. Её взгляд затравленного зверька врезается мне в память и подталкивает к дому. Я выпрямляюсь, оглядываюсь по сторонам и иду к порогу. Меня трясет, как при тяжелой лихорадке, и я с трудом открываю входную дверь, сразу замечая беспорядок в комнате.
Сердце заходится в бешеном ритме, стоит мне увидеть распластанное тело мужчины, лежащее на диване.
Сглатываю горький комок в горле и подхожу ближе. Склоняюсь над лежащим телом и пытаюсь прощупать пульс. Шум в голове усиливается с каждой минутой, жутко ломает тело, и зрение подводит меня, показывая кошмарно истерзанный труп мужчины.
Я подскакиваю на месте, услышав громкий хлопок двери за спиной. Медленно поворачиваюсь и тихо говорю:
— Клара, я же сказала оставаться…
Мои глаза встречаются с бледным лицом Мальдини. Почему-то от его присутствия мне становится еще тревожнее. Он не поможет просто так. Скорее, воспользуется случаем.
Я словно попала в собственный ад, созданный руками Эрнеста Мальдини. Он стоял за моей спиной и молчал. Я пошатнулась, почувствовав отвратительный запах крови. Сделала шаг назад и случайно оступилась, подвергнув ногу.
Эрнест вовремя подхватил меня и оттащил в сторону. Крепко прижал к своей груди, обнимая ладонями за талию и не позволяя отстраниться.
Я сипло спросила:
— Он правда…мертв?
— Милая, не вини себя за то, что произошло. Это была случайность, твоя сестра просто защищалась.
Я молча кивнула, чувствуя, как резко стало не хватать воздуха. Губы пересохли, и я без остановки тряслась, отчаянно пытаясь прийти в себя. Мужчина ласково убрал мои волосы в сторону и наклонился ближе, тихо прошептав:
— Жаль, что правоохранительные органы не рассмотрят произошедшее как самооборону.
Из угла раздался хриплый плач. Я обернулась и заметила сестрёнку, которая оперлась о стену и содрогалась от жутких и истерических рыданий. Девочка ее возраста не должна видеть подобное, особенно после всего, что произошло в этой комнате.
Я оттолкнула Эрнеста и подошла к ней. Помогла подняться на ноги, крепко обняла и поцеловала в лоб, умоляюще прошептав:
— Солнышко, подожди меня на улице. Не переживай, я со всем разберусь.
Когда дверь тихо закрылась, и я перестала слышать ее душераздирающий плач, повернулась к мужчине и сломленным голосом сказала:
— Выйди. Тебя здесь быть не должно.
Эрнест резко подошел ко мне, больно схватил за локоть и подтащил ближе к мертвому телу. Прошипел мне в лицо:
— Эсмеральда, человек умер. Видимо, твоя сестра просто защищалась, но это – его дом. Срок наказания будет огромным. Она еще такая малышка, не заслужила потерять свою молодость в тюрьме.
Я не сдержалась и расплакалась, смотря на убитого мужчину. Мне было горько, больно и обидно, потому что я понимала – Эрнест прав. Мою сестру отдадут под суд и даже с учетом ее возраста приговорят к огромному сроку.
Мальдини встряхнул меня и сказал:
— Эсмера, тебе не плакать нужно, а принять решение, — он заглянул мне в глаза и спокойно кивнул, — давай, забирай сестрёнку и иди домой. Я всё улажу.
Я потрясённо посмотрела на него и сипло прошептала:
— Что ты говоришь?
— Уходи и забудь о произошедшем, я позабочусь о том, чтобы никто не заподозрил твою сестру.
Он провел ладонью по моей спине, пытаясь успокоить. Я задрожала от ужаса и покачала головой:
— Нет, о чём ты! Тут умер человек, понимаешь?!
— Да, именно поэтому тебе нужно довериться мне. Ничего уже не изменить.
— Нет, нет, нет. Ни за что! Это неправильно!
Эрнест приложил палец к моим губам и спросил: