2.2
Он успел достаточно проветриться, прежде чем решил вернуться к девчонке. Еще по пути вниз он встретил порядком пьяного сына министра, который обиженно оскалился в сторону Эйнара, уводя под руку пухлощекую шлюху. Впрочем, самому мужчине не было никакого дела до чужих обид, ведь прав тот, кто успел взять свое вовремя. Однако, теперь Эйнар испытывал странное, раздвоенное чувство, словно приз, доставшийся ему таким нехитрым образом, оказался грудой камней в обманчивой, подарочной обертке. Девчонка несомненно стоила своих денег, но мерзкий характер, который она никак не желала прятать, портил всю должную картину. Взять бы ее за острый язычок, и заставить делать этим самым язычком такие вещи...
- Эй, как там твоя подружка? - окликнул Эйнара Кай, смачно хлопнув задумчивого мужчину потной ладонью по плечу. - Эскар сказал, что она красотка! Только вот дикая слишком - чуть пальцы ему на смотринах не откусила.
- Эскар слишком труслив, а еще слишком горд для того, чтобы это признать. Он не справился бы с этой дикой лошадкой даже на этапе предварительных ласк, — хмыкнул Эйнар, перехватив у приятеля откупоренную бутыль белого, до одурения кислого вина. Сделал глоток, поморщился, и утер свободной ладонью рот. - Ну и дрянь же ты пьешь!
- Эй, эта дрянь мне в десять серебряных обошлась! Зато на утро ни головной боли, ни обвисшего члена, друг мой!
- Ну да, ну да... - скептически скривился Эйнар, попутно кивнув двум мимо проходившим обнаженным девицам. Интересно, у него когда-нибудь перестанет идти кругом голова от вида женских сисек?
Увлеченный очередной девушкой, рыжий махнул рукой на прощанье и, в обнимку с бутылкой, ушел восвояси. Эйнар же, приказав одной из служанок принести в нужную комнату побольше выпивки и еды, пошел обратно наверх. Возвращаться к девчонке хотелось, и не хотелось одновременно. Если она вновь расплачется, ему будет трудно настроиться на нужный лад - слишком сильно он ненавидел женские слезы. Куда забавнее было наблюдать за тем, как эта фурия носится из угла в угол, проклиная все, на чем свет стоит. Она не была портовой девкой, но ругалась куда хлеще. Интересно, и где эта благовоспитанная девица научилась подобному?
Ухмыляясь собственным мыслям, Эйнар преодолел крутую лестницу на второй этаж, прошел мимо небольшой, хозяйской галереи, которая состояла из потертых угольных набросков дешевых натурщиц, и наконец предстал перед нужной дверью. Комната имела удачное расположение и находилась довольно далеко от главного холла, а потому и звуки происходящего внизу мракобесия, долетали до Эйнара всплесками крикливого эхо. И все же, шум непонятной возни кольнул Эйнара по ушам, заставил напрячься и с подозрением уставиться на закрытую дверь. Неужели девчонка додумалась бежать через окно? Если так, то более круглой идиотки он еще не встречал.
Не став дожидаться финала, Эйнар схватился за ручку и толкнул дверь, однако картина, представшая его глазам, заставила мужчину внутренне содрогнуться от стрельнувшей прямо в грудь ярости.
Жирный сынок министра оказался слишком глуп, чтобы держаться от собственности Эйнара, пусть и временной, как можно дальше. Воспользовавшись его отлучкой, эта свинья решила залезть на его девчонку, которая теперь отбивалась от слюнявого кретина из последних сил.
Он не понял, как преодолел расстояние от двери до подоконника. Зато прекрасно осознал сладость собственной силы, с какой Эйнар схватил сынка министра за шкирку и отшвырнул к дальней стене. Лишь мельком он взглянул на девчонку, что теперь судорожно хватала ртом воздух и дрожала всем телом. Волосы растрепаны, тонкая вуаль, прикрывающая тело, безобразно разодрана, на запястьях и шее алеют отвратительные, красные следы. И ужас, что застыл в ее глазах, оказался громче любых слов...
- Паскуда! - гневно рявкнул толстозадый ублюдок и попытался кинуться на Эйнара. - Ты совсем охренел, сукин сын! Да как ты вообще смеешь поднимать на меня руку?! Забыл? Забыл кем я являюсь, тварь?!
- Можешь передать своему папаше “привет”, — спокойно ответил Эйнар, взирая на сына министра, как на блоху. - По-моему, из нас двоих забылся именно ты. Знаешь что бывает с теми, кто трогает мои вещи?
- Тронь меня еще раз, если хочешь лишиться руки! - визгливо, подобно взбешенной свинье, рявкнул Эскар и щеки его гневно затряслись от перенапряжения. И без того красное лицо налилось кровью, а глаза пожелтели, что делало картину еще более уморительной.
- Боюсь, ты лишишься и рук, и ног, и своего маленького дружка раньше, чем твои угрозы воплотятся в жизнь, щенок.
Он был младше Эйнара, а следовательно, в силу своей избалованности, еще и тупее в сотни раз. Словно маленький ребенок, он сжимал и разжимал свои студенистые кулачки, чем вызвал у Эйнара очередную, издевательскую ухмылку. Его хотелось проучить, намылить шею так, чтобы впредь было неповадно совать свой нос в чужие норы. Но Эйнар внешне был спокоен, расправив свои плечи, он сделал шаг вперед.
- Посмотрим, как потом завизжит эта шлюха, никчемный ты кусок дерьма! - вновь повысил голос Эскар, да так затрясся, что мутная, пьяная пелена заволокла его глаза. - Я все расскажу своему отцу! И он не оставит твою дерзость без внимания!
- Ага, а еще не забудь рассказать всем, как ты, сын уважаемого министра, приближенного к королю, предаешься утехам с продажными девицами, прозябая дни и ночи в домах удовольствия! Поверь, Эскар, пятно позора ляжет и на твою пустую башку!
Сын министра хотел сказать что-то еще, но на миг замер. обвел бешеным взглядом всех присутствующих, задержавшись на девчонке и, выдавив сквозь зубы “ты еще пожалеешь!”, унесся прочь, громко хлопнув дверью.
- Тупоголовый осел! - выдохнул ему в след Эйнар. Он медлил, прежде чем повернутся к девчонке, а когда все же обратил на нее свой взгляд, ощутил неистовое желание бросится вон из комнаты. Настолько убитой и жалкой она выглядела в эти мгновения. Прочистив горло и ощутив несвойственную ему неловкость, Эйнар лишь спросил: - Ты в порядке?