2.4
Остатки ночи он провел в своей арендованной комнате в компании трех, а может и пяти бутылей крепкого эля. От вина его уже тошнило, а вот надраться броженным пивом было куда интересней. Однако, даже это не могло улучшить его изгаженного настроения. Надеялся провести время с девчонкой, но та оказалась до противного недотрогой, к тому же еще вечно ноющей. Хотя, Эйнар все еще надеялся оседлать эту строптивую лошадку, но все же решил повременить, строго-настрого запретив старику выпускать девчонку в свет. Правда, пришлось оплатить еще две ночи с этой малышкой, чтобы она точно не ушла в чужие руки.
Он не помнил, как канул в хмельной сон, зато каково было его раздражение, когда на рассвете его разбудил стук в дверь и отцовский посыльный, тщедушный старикашка с вечно трясущимися руками, протянул ему письмо. Матушка срочно вызывала Эйнара в поместье.
- С отцом все в порядке? - прочитав письмо, только и спросил у посыльного Эйнар.
- С господином все хорошо, насколько мне известно. Но вам нужно поторопиться, чтобы прибыть в поместье к завтраку, — посыльный откланялся, оставив Эйнара с чувством тревожного неведения.
Он собрался так быстро, как только может человек в состоянии сильного похмелья. Мешать алкоголь - оказалось делом лишним, и теперь он боролся с головной болью, иссушающей жаждой и желанием вновь свалиться в постель. Однако, уже через четверть часа мужчина стоял у входа в дом удовольствий, в ожидании наемного экипажа.