1.3
Она сидела на краю заправленной постели и с трепетом в сердце прислушивалась к каждому шороху за пределами комнаты. Дом, который стал для нее клеткой, по началу показался до ужаса тихим, мертвым, а теперь, стоило ей оказаться наедине с собой, будто ожил. Она слышала громкие шаги за дверью, шорох одежд и заливистый девичий смех. Десятки пар ног, десятки звучных голосов, не стесняясь проносились мимо. А она просто сидела и ждала. Ждала своей неминуемой участи, не в силах до конца поверить в то, что с ней произошло.
Сколько времени прошло после того, как ее приволокли сюда служанки? Час, два, все пять? А за узким, единственным окном уже царила непроглядная ночь. Хотелось рыдать, царапать в бессилии запертую дверь. Хотелось бежать как можно дальше, да только в ее голову сразу втолкали тяжелые слова, что теперь били злобным набатом в висках: “Ты не покинешь это место, пока сам хозяин не даст тебе вольную. Забудь о побеге, забудь о том, что у тебя была другая жизнь. Теперь ты - проститутка, рабыня.”
Не хотелось в это верить, не было ни малейшего желание это признавать. Однако, реальность оказалась куда более жестокой, ведь кошмары ее заблудшего сознания не закончились. Нет, они только начинались, набрав силу для разбега.
Внезапно замочная скважина громко щелкнула с обратной стороны и девушка, не в силах контролировать свое тело, забилась в дальний угол, забравшись на кровать с ногами. Одежда, которую старые служанки предоставили ей, едва ли можно было назвать приличной. Тонкая вуаль не могла скрыть ее тело, словно кто-то в насмешку решил укрыть ее наготу тонкой занавеской. И это заставляло Лилию ощущать невыносимый холод, взрывающийся мурашками на бледной коже.
Дверь со скрипом отворилась и в комнату вплыла молодая незнакомка. Темные волосы струились по обнаженным плечам, а длинная, тонкая шея была увешана десятками блестящих колец, что звучно дребезжали от каждого нового движения. Незнакомка была красивой, но глядя на нее, Лилии хотелось прятать глаза. Она не привыкла к подобным одеяниям, считая это верхом неприличия. Когда на протяжении всей своей жизни ты пытаешься скрыться за плотными корсетами и юбками, закрывающими пятки, чужие голые тела вызывали взрыв стыда внутри.
- Старшая служанка приказала привести тебя к молодому господину. Обычно, новеньких не трогают так быстро, позволяя обучиться, но на твоем появлении в покоях господина настояли. Думаю, хозяин выручил за тебя немалые деньги. Ты ведь девственница, так?
Слова девушки заставили вспыхнуть Лилию от обжигающего смущения. Да кто в здравом уме говорит о подобном?! Кто вообще может позволить такие грязные речи в сторону девушки? Оказалось, что работницам дома удовольствий это было не чуждо и казалось обыденным. Лилия же, подняв заплаканное лицо, лишь замотала головой, то ли в попытках ответить на вопрос, то ли в желании вытряхнуть прозвучавшие слова из своих ушей.
- Так “да”, или “нет”? - теперь брюнетка смотрела на Лилию, как на умалишенную. - Ясно... Ты либо недалекая, либо до конца не поняла, куда именно попала. Тебе придется постараться, чтобы все остались довольны. Если господин сочтет тебя неумехой, то хозяин сильно разгневается. А если из-за этого пострадают другие работницы, то нам не останется ничего иного, как поколотить тебя. Это уяснила? А теперь поднимайся с места!
Лилия же напротив, вцепилась разодранными пальцами как можно сильнее в колючее одеяло. Тугой, противный ком застрял в глотке, не позволяя вымолвить ни слова. Ее вели к мужчине. Точно, к мужчине! Она не могла этого допустить! Не могла допустить того, чтобы грязный выродок коснулся ее хотя бы пальцем...
Решение, стремительно вспыхнувшее в ее голове, заставило молодую девушку резко вскочить с постели. Движимая животным ужасом, она в одно мгновение подскочила к двери и, приложив немалые усилия, оттолкнула незнакомку в сторону. Послышался возмущенный вскрик, однако Лилия уже стремглав неслась куда глаза глядят. Ей нужно только постараться выбраться наружу. А там свобода, леса, где можно было бы скрыться от преследователей! Лучше сгинуть в неизвестности, чем взять на себя до омерзения постыдную роль!
Огибая встреченных на пути незнакомок и незнакомцев, что превращались в мутные пятна за пеленой непрошенных слез, она бежала вперед, пока наконец не добралась до лестницы, ведущей на первый этаж. Остальную часть дороги она запомнила и теперь прекрасно знала, что достаточно будет только спуститься и добежать до главного холла, откуда без труда сможет выбраться наружу. Нужно было лишь постараться покинуть эту чертову клеть, а дальше можно полагаться лишь на волю судьбы.
Обнаженные девицы отскакивали в стороны, словно на них неслась прокаженная. Недоумение играло на раскрашенных лицах, кто-то кричал ей вслед непонятные слова, а кто-то без особого энтузиазма пытался остановить беглянку. Однако, стоило ей только оказаться в главном холле, заполненном незнакомцами, как девушка растерянно остановилась. Комната закружилась в безудержном танце, сливаясь с громкой, быстрой музыкой. Она озиралась, в тщетных попытках отыскать нужную дверь, но внутреннее биение сердца, что было готово разорвать грудь, не позволяло собраться с мыслями.
- Держите чертовку! - разразилось громким визгом. Лилия испуганно подняла голову вверх и обнаружила черноволосую девушку с бешено перекошенным лицом. Она стояла на вершине лестницы, тыча своим изящным пальчиком в сторону Лилии. - Она пытается сбежать! Держите ее!
А потом на ее плечо легла чья-то тяжелая рука. Теплая ладонь не сжимала, но была подобна гранитной плите, приковавшей Лилию к месту. Даже при всем своем желании она не смогла бы сбросить ладонь незнакомца, и теперь ей оставалось задыхаться от безысходности, в попытке поднять свой мокрый взгляд. Она обернулась, встретившись глазами с человеком, которого уже неистово боялась до кончиков пальцев. Это был он... Он схватил ее, заставил замереть перепуганным зверьком и теперь девушка ощущала себя жалкой букашкой, под неумолимой лапой зверя, готового ее безжалостно раздавить.
- Попалась, птичка! - коварно усмехнувшись, пригвоздил ее брюнет. - Не думала ли ты, что тебе это так просто удастся? А ведь я как раз направлялся к себе, чтобы познакомиться с тобой чуть ближе.
Громкий крик застрял в ее горле. Все окружающие вмиг замолчали и теперь с интересом наблюдали за верзилой и девушкой, окончательно запутавшейся в липкой паутине. Теперь о побеге не было и речи...