— Асия, девочка моя! — кто-то окликнул меня за спиной.
Оборачиваюсь, машинально вытирая с глаз слезы, будто кто-то под проливным дождем мог заметить, что я плачу.
— Да, баба Вера. — Это была моя соседка — милейшая бабушка шестидесяти пяти лет.
— Ты заболеть хочешь? Зачем же стоят под дождем? Ведь еще не лето на дворе. Простудишься.
Бабушка взяла меня под свой зонт и повела в сторону нашего подъезда.
— Случилось что-то? — пристально смотрит мне в глаза, одновременно складывая свой старенький, песочного цвета зонт.
Я молча мотнула головой, готовая вот-вот расплакаться на глазах соседки.
— С Андреем что ль поругались? — я снова мотнула головой. — Да не расстраивайся ты так из-за этого. Кто не ругается? Как поругались — так и помиритесь. Настоящая любовь, знаешь ли, не трещит по швам из-за глупых ссор. Не роняй, девочка, понапрасну слезы.
Поднявшись в съемную, однокомнатную квартиру, которую мы когда-то сняли вместе с Андреем, я застала ужасный бардак, будто здесь побывали грабители и перевернули все с ног на голову.
Какой еще сюрприз подготовил мне сегодняшний день?
А как хорошо начиналось утро….
Разулась, разделась догола, мокрую одежду бросила на стирку и подошла к зеркалу. Никогда прежде я не относилась к своей внешности так придирчиво, как сейчас. Мое бледное от нехватки солнечного света тело мне не казалось уже таким стройным и подтянутым, каким я считала его прежде. Грудь первого размера, не большая попа, рост метр шестьдесят — во всем этом теперь я вижу только недостатки. Бледная кожа, черные и густые от рождения ресницы и брови, прямые волосы, длиной ниже лопаток и цветом насыщенного темного шоколада, карие глаза, небольшой нос, тонкие губы… Я ненавижу свою внешность. Ненавижу Андрея. Ненавижу ту, которой я стала: закомплексованная замухрышка с растоптанным чувством собственного достоинства.
Этим же вечером моими подругами было организовано собрание. Проходило оно в моей квартире и носило название «Какой же Андрей сволочь».
— Нет, ну ты только посмотри на него! — не переставала возмущаться Катя с того момента, как вошла в мою квартиру. — Мало того, что предал, так он разбомбил всю квартиру! Посуда-то чем ему помешала?
— И фотографии. — Добавила Кристина, поднимая с пола разорванные в мелкие клочья наши с Андреем совместные фотографии. — Как будто не он тебя, а ты его бросила.
— Битая посуда и разорванные фотографии — это моя работа. — Признаюсь подругам, освобождая Андрея от ложных обвинений.
Хотя, можно было и промолчать, чем самым еще сильнее натравила бы на этого предателя своих итак разъяренных подруг.
— А… Да? — почувствовала неловкость Кристина. — Ну, тогда понятно.
Через час совместными усилиями нам удалось привести мою квартиру в порядок. Собрав оставшиеся в квартире вещи Андрея, мы запихнули все в несколько мешков из-под мусора, после чего унесли их в прихожую, дожидаться прихода своего хозяина.
Не известно еще, когда Андрей придет за своими вещами, но видеть его шмотки в одном шкафу с моими вещами, я не намерена.
— И что ты теперь намерена делать? — спросила меня Катька, глядя на меня с сочувствием.
— Жить дальше. — Стараюсь мыслить позитивно, но голос все выдает. Мою неуверенность в голосе не услышит разве что только глухой.
— Не знаю, что ты намерена делать завтра, но я знаю, чем ты будешь заниматься ближайшие… Кристина бросила хитрый взгляд на настенные часы. — В общем, собирайтесь бабы, мы идем гулять.
— Боги небесные, что ты на этот раз придумала? — воскликнула Катя, бросив на подругу недовольный взгляд. — Я еще с прошлого раза не отошла.
Я улыбнулась. Наверное, впервые за вечер.
— Ну, извини, там нет моей вины. — Возразила Кристина. — Если бы кое-кто не спалился, — бросает на меня косой взгляд, — нам бы не пришлось сидеть в обезьяннике.
— Спасибо Камилю за то, что вытащил нас. Иначе сидели бы мы в камере минимум как трое суток. — Напомнила я о героическом поступке нашего общего друга, о котором мы будем помнить всю жизнь.
— Какой позор, — шлепнула себя по лбу Катя. — Студентки юридического факультета пойманы в парке за распитием спиртных напитков. Хорошо, что еще до декана не дошла эта информация.
— Даа, — задумчиво потянула Кристина. — Камилю удалось тогда все разрешить мирным путем без огласки.
В комнате образовалась тишина. Казалось, мысленно каждая из нас сейчас ушла в воспоминание о том роковом дне.
— Ну, так что, идем? — весело хлопнула в ладоши Кристина, первой нарушив тишину.