И эта девчонка — Василина. Как заноза. Имя-то какое — как из дешевой сказки.
Мои люди, разумеется, уже прочесали тот торговый центр. Кнопка действительно барахлила — какой-то идиот-техник не проверил контакты.
Вечером, разбирая бумаги, я понимаю, что запасы приличного кофе дома иссякли, а пить ту бурду, которую покупает прислуга, нет никакого желания.
Съезжу сам, а заодно проветрю голову. Круглосуточный супермаркет премиум-класса — одно из немногих мест, где без лишних вопросов и суеты можно найти то, что мне нужно.
Брожу между высокими стеллажами.
В отделе заморозки, где я мимолетно осматриваю какие-то экзотические морепродукты, в мою тележку что-то врезается.
Легкое столкновение. Я даже не поднимаю головы.
— Осторожнее нельзя? — раздается знакомый голос.
Я поднимаю глаза. Судьба, видимо, обладает особым извращенным чувством юмора.
Передо мной, с маленькой корзинкой, в которой сиротливо лежат пара самых дешевых йогуртов и упаковка какого-то травяного чая, стоит Василина… в потертых джинсах и вытянутой толстовке с дурацким рисунком.
Без косметики. Выглядит еще моложе, чем вчера, и… обезоруживающе обычно.
На ее лице мелькает удивление, потом узнавание.
— Это вы? — шепчет она, отступая, будто я чумной. — Вы что, следите за мной?
Я криво усмехаюсь. Какая богатая фантазия у плебеса.
— У меня есть дела поважнее, чем отслеживать маршруты продавцов из детских магазинов. Хотя если ты продолжишь так же метко бросаться под колеса чужих тележек, то мне, возможно, придется приставить к тебе круглосуточную охрану. Из чистого альтруизма, разумеется. Чтобы уберечь других покупателей от твоего таланта создавать хаос на ровном месте.
Она краснеет, но смотрит с вызовом.
— Я не… Я просто…
— Просто даже мухи не совокупляются.
Ее зеленые глаза мечут молнии.
— Оставьте меня в покое! — шипит она и, развернувшись, почти бегом устремляется к кассам, едва не врезавшись в стеллаж с элитным алкоголем.
— Сдалась ты мне!
Провожаю ее взглядом. Какое упорство в глупости. И почему именно она постоянно попадается мне на глаза? Это уже начинает утомлять.
***
Проходит еще один день. Рутина. Жесткие переговоры, несколько неприятных решений, которые необходимо было принять.
Я уже почти выкинул из головы Василину, отдав распоряжение своим людям просто держать обстановку в торговом центре на контроле и доложить, если тот тип в капюшоне снова объявится. Я не нянька, чтобы возиться с каждой истеричкой.
Вечером третьего дня я еду на встречу.
Неофициальную, разумеется.
В одном из тех районов, куда приличные люди вроде Титова, даже под дулом пистолета не сунутся.
Но у меня там свои интересы и контакты, которые иногда бывают полезнее официальных связей.
Мой бронированный «Мерседес» бесшумно скользит по разбитым улицам.
Водитель молчит, охрана в машине напряжена.
Обычная обстановка для таких визитов.
Встреча проходит быстро, по-деловому. Никаких сантиментов, только цифры и факты.
Солнце клонится к закату, окрашивая обшарпанные фасады домов в депрессивные оттенки.
Уже на обратном пути, когда проезжаю мимо какой-то захудалой забегаловки с претенциозным названием типа «Уют», краем глаза вижу, как из дверей выталкивают девушку, а за ней — двое быковатых ублюдков.
— Стой, — коротко бросаю я водителю.
Машина плавно останавливается. Водитель вопросительно смотрит на меня через зеркало.
— Что случилось, Игорь Сергеевич?
Я не отвечаю, всматриваясь в темноту.
Девчонка… Ну конечно. Опять она. Василина.
Отбивается от этих двух уродов, которые явно не комплименты ей говорят. Сегодня на ней платье. Неплохие такие… ножки. Стройные.
Но какого черта она делает в этой дыре в такое время? И почему она как магнит притягивает к себе всякий сброд?
— Разберитесь, — бросаю своим парням, кивком указывая на улицу.
Они выскакивают мгновенно, профессионально, без лишнего шума. Два моих волкодава против двух пьяных шавок — результат предсказуем.
Наблюдаю из окна своей машины, как мои люди быстро и эффективно «объясняют» ублюдкам правила поведения. Без членовредительства, но доходчиво. Те, скуля, убираются.
Василина стоит, прислонившись к грязной стене и тяжело дыша.
Один из моих парней что-то ей говорит, видимо, задает стандартный вопрос, все ли в порядке.
Она кивает, но смотрит испуганно.
И тут меня что-то дергает.
Какая-то злая, циничная усмешка сама собой появляется на губах.
— Подъедь ближе, — приказываю водителю.