Кац ведет меня сквозь толпу нарядно одетых гостей, и я послушно стараюсь держаться прямо и улыбаться всем подряд.
Глава 20
Нас встречает крепко сложенный высокий мужчина с ухоженной бородой и удивительно добрыми лучистыми глазами.
Он широко и искренне улыбается, протягивая руку сначала Кацу, а затем и мне.
— Игорь, рад тебя видеть! — его голос звучит глубоко и приятно. — А это, я так понимаю, та самая очаровательная спутница, о которой ты упоминал?
Кац кивает, не выпуская меня из объятий.
— Влад, познакомься. Это Василина. Василина, это Владислав Титов, владелец этого ресторана.
— Очень приятно, Василина. — Титов мягко пожимает мою руку. — Как ваши дела? Надеюсь, вам у нас понравится. «Платинум» — моя гордость, мы стараемся создать здесь такую атмосферу, чтобы каждый гость чувствовал себя особенным. Сегодня у нас важный вечер, все сборы пойдут на помощь детскому фонду.
— У меня все хорошо, спасибо. Здесь… здесь невероятно красиво. Вы молодец.
— Рад стараться! — Титов снова улыбается. — Позвольте представить вам мою супругу. Лизонька!
К нам подходит высокая миловидная блондинка с голубыми глазами и очаровательной улыбкой.
— Лиза, познакомься с Василиной.
— Очень приятно, — щебечет Лиза, протягивая мне тонкую руку. — Вы прекрасно выглядите! Колье невероятное!
— Да, спасибо, — киваю, прикладывая пальцы к бриллиантам. — Игорь… подарил.
Не подарил. Это просто часть моего образа — для убедительности. И если с украшением что-то случится — Кац оторвет мне голову!
Но мне нравится Лиза. Она такая милая, открытая, без тени снобизма, которого ожидаешь от человека из такого общества.
Перевожу взгляд на Владислава Титова, на его доброе лицо, на то, как нежно он смотрит на свою жену, и думаю: какой же он обходительный, благородный и приятный человек!
Совсем не то что этот «мой» высокомерный, вечно недовольный диктатор Кац!
Который сейчас стоит рядом и прожигает меня взглядом, словно я совершила государственное преступление, просто смутившись.
Но сегодня я должна изображать его девушку. Девушку, которая от него без ума. Условия сделки, ничего личного.
Повисает тишина. Мне ее надо заполнить? Или что делать-то?
— Я… я Василина Воскресенская, — вновь заговариваю, стараясь придать голосу светскую небрежность, — только недавно вернулась из Европы…
В этот момент мельком замечаю, как Кац на долю секунды закатывает глаза к потолку, украшенному лепниной.
Да что опять не так-то? Ну и ладно! В конце концов мне нужно просто продолжать смотреть на него с обожанием и не забывать о своей роли.
Когда Владислав и Лиза отходят поприветствовать других гостей, к нам тут же устремляется новая волна любопытных.
Чтобы как-то справиться с волнением и добавить правдоподобности нашему «роману», я решаюсь и легко прикасаюсь кончиками пальцев к мощному плечу Каца.
Он внешне никак не реагирует на мой жест, но я чувствую, как его рука на моей талии сжимается чуть крепче, притягивая меня еще ближе. Ох, мы, должно быть, и правда выглядим со стороны как пара.
На мгновение я поворачиваю голову к огромному зеркальному панно на стене и вижу наше отражение. А мы действительно неплохо смотримся вместе. Кац такой высокий, суровый и внушительный, а я рядом с ним кажусь такой хрупкой и маленькой.
Один особенно настойчивый мужчина с цепким взглядом и слишком уж заинтересованной улыбкой явно пытается выведать побольше информации обо мне — новой пассии всемогущего Каца.
— Василина, такое редкое и красивое имя! — начинает он издалека. — А чем вы занимаетесь, если не секрет? Наверное, что-то творческое — с вашей-то утонченной внешностью.
Я готова к подобным вопросам и, к собственному удивлению, нахожу в себе силы для хитроумного ответа, даже не прибегая к помощи Каца, который, я уверена, уже приготовил какую-нибудь резкую отповедь.
— О, моя деятельность настолько разнообразна и увлекательна, что рассказ о ней занял бы весь этот благотворительный вечер, — говорю я с легкой улыбкой, делая загадочное лицо. — Боюсь, мы бы утомили всех присутствующих. Возможно, как-нибудь в другой раз?
Мужчина слегка опешил от такого ответа, но быстро нашелся:
— Интригуете! Что ж, буду с нетерпением ждать этого другого раза.
Он откланивается, а я мельком смотрю на Каца.
Мне показалось, или в его глазах мелькнуло удивление? Он явно не ожидал, что я способна так грамотно и уклончиво отвечать на каверзные вопросы. Ну вот и пусть удивляется! Не все же ему меня критиковать.