Мой мозг отключается. Остаются только инстинкты. Ощущения. Мягкость ее губ под моим напором, ее сбитое дыхание, запах ее волос, который сводит меня с ума. Я запускаю пальцы в ее волосы, сжимаю их у затылка, не давая отстраниться, а другой прижимаю ее тело к своему еще плотнее. Я хочу ощутить ее всю, сломать эту дистанцию между нами.
Поцелуй длится вечность. Я не могу оторваться. Это как отрава, которая мгновенно вызывает зависимость. Василина начинает тихо мычать, протестуя, маленькими кулачками слабо колотит меня по груди. Я чувствую это, но не могу остановиться. Желание сильнее разума, сильнее контроля.
Резкий скрежет замка в двери заставляет меня прерваться. Звук, как пощечина, возвращает в реальность.
Дверь квартиры открывается, и в проеме показывается незнакомая девушка. Брюнетка с каре. Она окидывает нас быстрым настороженным взглядом.
— Вася, все в порядке?
Василина что-то невнятно отвечает и, выскользнув из моих ослабевших рук, юркает в квартиру. Незнакомка тут же захлопывает дверь и поворачивает ключ в замке.
Я остаюсь в подъезде один. На губах все еще горит вкус Василины. Постояв еще с минуту, разворачиваюсь и молча спускаюсь в машину.
Глава 25
Василина
Входная дверь захлопывается за моей спиной.
Мое сердце не просто колотится — оно бьется о ребра с такой силой, будто вот-вот проломит грудную клетку.
Я только что целовалась с Игорем Кацем. Я. Целовалась. С ним.
Боже…
Эта мысль не просто звучит в голове — она пульсирует в каждом капилляре, в каждой клеточке моего мозга, вспыхивает перед глазами ослепительными неоновыми буквами, заслоняя все остальное. Это не был нежный, робкий поцелуй из романтических фильмов.
Нет. Это была буря, ураган, цунами, которое обрушилось на меня без предупреждения. И что самое главное, самое невероятное, самое пугающее до дрожи в коленях — Кац сам меня поцеловал. Он, Игорь Кац, ледяной король с глазами полярного волка, циничный манипулятор, человек, который смотрит на мир так, будто тот ему чем-то смертельно надоел, но все равно обязан.
Кац не спрашивал разрешения, не предупреждал о своих намерениях. Он просто брал то, что хотел. Его губы — требовательные, горячие, почти злые в своей настойчивости — обрушились на мои. Он ворвался в мой рот, его язык властно сплетался с моим, исследуя, покоряя, не оставляя ни единого шанса на отступление, ни единой мысли о сопротивлении.
Одна его рука легла мне на затылок, пальцы запутались в волосах. Другая рука скользила вверх по бедру, под платье, и ее обжигающее прикосновение к коже заставляло меня судорожно выдыхать Кацу в губы.
— Вася? Боже мой, Василина, что с тобой случилось?
Голос Майи прорывается сквозь оглушительный шум в ушах, как будто кто-то звал меня из-под воды. С трудом фокусируюсь и вижу испуганное лицо. Майя стоит, накинув на плечи старый махровый халат, ее волосы растрепаны.
— Подруга, ты меня вообще слышишь? Ты же белая, как полотно! Он что-то сделал? Обидел? Клянусь, я сейчас вызову полицию, и мне плевать, что он Кац!
Ее слова звучат очень далеко, доносятся до меня с опозданием.
— Майя… все… все в порядке, правда.
— В порядке? Да ты на себя в зеркало посмотри! Ты выглядишь так, будто только что увидела привидение! Как прошел вечер? Рассказывай немедленно! Что там было? Почему ты такая? Это все он, да?
Майя тараторит без умолку, ее тревога, кажется, заполняет все пространство прихожей, смешиваясь с моим собственным смятением в гремучий коктейль.
— Май, умоляю, давай не сейчас, а? Со мной все хорошо, честно. Вечер прошел… нормально. Абсолютно нормально. Почему ты еще не спишь? — пытаюсь уйти от ответа и пронзительного всевидящего взгляда подруги.
Мне нужны время и тишина, чтобы хотя бы попытаться собрать воедино осколки своего рассудка.
— Не сплю? — Майя возмущенно всплескивает руками. — Да я всю ночь не сомкнула глаз, ни на секунду! Переживала за тебя! Все у окошка сидела, выглядывала, а когда увидела, что его машина подъехала к дому, подумала: ну слава богу, сейчас поднимется. А тебя все нет и нет! Минут десять, наверное, прошло, если не больше! Я уже все плохие сценарии в голове прокрутила, думала, может, случилось что, может, он тебя не отпускает! Уже оделась, хотела вниз бежать!
Ее искренние, полные неподдельной заботы слова трогают до глубины души.
— Спасибо, — шепчу я, и мой голос наконец-то звучит чуть тверже. — Спасибо тебе, что ждала.