Перед подачей второй перемены он рубит концы:
– Из этого ничего не выйдет. Найдите мне другую девушку.
– Но вы ведь даже не дали ей шанса себя показать.
– Между нами нет искры.
– Искры?
Она смотрит на нас, пытаясь угадать, о чем мы.
– Я заплатил три тысячи долларов, и времени у меня всего неделя. Я ее не хочу.
Я смотрю в ее оленьи глаза и пытаюсь придумать необидную формулировку.
Но ей уже не нужен перевод. Она и так все прекрасно поняла. Выплеснув свое шампанское ему в лицо, она вылетает из ресторана. Идеальный уход по-одесски.
Он промокает лицо и рубашку полотняной салфеткой. Жаль, что в бокале было не красное вино.
Воспользовавшись ресторанным телефоном, звоню тете Вале и прошу в пожарном порядке прислать другую кандидатуру.
Пока мы ждем замены, он берет меня за руку и говорит:
– А ты симпатичная.
Четверг
Ему пятьдесят. Ей двадцать восемь. У обоих грустные глаза и добрые души.
В ресторане «Бондаренко» у Оперного театра – шикарная еда, изысканный интерьер – они сидят рядышком, а я – напротив нее.
– Я был женат двадцать пять лет, – начинает он. – Уже три года в разводе. Двое детей.
– У него двое детей, – перевожу я.
Ее очередь.
– Я встречалась с парнем четыре года. Думала, он мой единственный. Однажды вернулась домой с работы и обнаружила его в постели с моей лучшей подругой.
– У нее нет детей, – перевожу я.
– Знаешь, я думал, что проживу с нею до конца своих дней, – говорит он. – Когда она ушла, мне казалось, что я умру.
– Я думала, что на сегодняшний день уж точно буду замужем, с детьми и все как положено. И зачем я только потратила на него так много времени?
Пятница
Ему тридцать шесть. Ей двадцать шесть. Он поэт и преподаватель в муниципальном колледже. Он очень учтив и задает интересные вопросы. Она похожа на девушку с картины Боттичелли – вся из себя воздушная и загадочная.
В ресторане «Бондаренко» у Оперного театра – до нас доносится музыка оркестра, репетирующего во дворе за Оперным, – они сидят рядышком, а я – напротив нее.
Он все делает правильно. Внимательно слушает. Не пытается поймать ее за руку. Не говорит за свою бывшую. Смотрит ей в глаза, но не ловит каждый взгляд. Не жалуется на хищных американских карьеристок и не травит неприличные анекдоты.
Она отводит глаза, погруженная в меланхолию. Я в курсе истории ее жизни: без образования, сирота, работает уборщицей. Руки грубые, и сама она немножко потрепанная. Но он к ней внимателен и нежен. И достаточно терпелив – настолько, что уверен, будто сможет ее осчастливить.
– Слушай, – говорит она мне, когда он расплачивается. – Скажи ему все, что захочешь. Я пойду.
Она прощается и уходит. Он ошеломленно смотрит ей вслед. Я прошу его подождать и бегу за ней.
– Ты подумала о будущем? Кажется, он хороший парень. Поверь мне, я-то этих иностранцев много перевидала. Почему бы не дать ему шанс?
– Ничего не получится, – качает головой она, прячет натруженные руки в карманы и уходит.
Я возвращаюсь к столу и тактично сообщаю пролетевшему кавалеру неприятную новость.
Суббота
На мой день рождения в четыре часа приходят подруги. В Одессе мы не рассылаем приглашений. Настоящие друзья сами знают о празднике и обязательно приходят.
Бабуля готовила всю неделю. Лера, Инна, Алла, Женя, Маша и Лена сидят за столом. Только Вари нет – у нее ребенок заболел.
– Неужели еще один год пролетел так быстро?
– Ой, девоньки, как вам это понравится: кроме как на работу, на дни рождения да на базар я вообще из квартиры не выхожу! А покупать и волокать картошку, свеклу да лук вовсе не весело. Дни рождения для меня крайний шанец расслабиться и припухнуть.
– Меньшой Димчик вконец меня загнал. Мне б хоть половину его энергии!
– Дашуха, как же ж я завидую твоей свободной жизни! Брак оказался совсем не тем, что я воображала… Да чтоб мне сдохнуть, на кухне я кручусь гораздо больше времени, чем в спальне!
Пока мы не скатились до интима, бабуля поднимает бокал:
– Дашенька, с днем рождения, родная! Да сбудутся все твои мечты!
– За Дашу! Здоровья тебе, подруга, успехов в работе и удачи в любви!
Меняются блюда, один за другим звучат тосты. Когда мы учились в школе, а потом в институте, девчонки нередко оставались у нас на все выходные. Мы вместе гуляли, менялись шмутками, делали друг другу прически и болтали без умолку. Но одна за другой подружки повыходили замуж, и ежемесячные совместные выходные свелись к редким посиделкам по праздникам.