А лучшее, что написано о нём, — это, конечно, очерк Горького. Вот как Горький умел писать о тех, кого любил: о Толстом, об Алёхине, о Бугрове (любил же странным образом), о Шаляпине, о Михайловском. Вот их любил по-настоящему. И какая потрясающая всё-таки у него там… Это, конечно, анекдот литературный, но, по ощущению, это было. О Михайловском ходили сплетни, что он однажды из любви к прекрасному засадил маками огромное поле, предназначенное вообще под рожь. Хотелось ему просто засадить. И вот однажды Горький его спрашивает: «Скажите, пожалуйста, Николай Георгиевич, а правда ли, что вы поле засадили маком?» — «Я? Маком?! Что за глупость? Никогда в жизни! Как я мог бы?! Но видели бы вы, батенька, этот мак, когда он зацвёл!» Понимаете, вот за это нельзя не любить! Вот это русская душа замечательная.
Вот вопрос от графа Соллогуба: «Почему Вы, кривя душой, — а почему кривя душой? — нахваливаете диссидентствующих деятелей от литературы явно преувеличивая их способности? И к чему называть русскоязычных писателей — Русскими? Называйте в крайнем случае Советскими или Российскими. Как Вы отнеслись к известию — что раздутая популярность русскоязычного писателя Пастернака и его нобелевское лауреатство — проект ЦРУ. Отрицать сей факт нельзя — на сайте ЦРУ есть раздел о проекте «Пастернак» доступный всем. Пока ещё с небольшим уважением — граф Соллогуб» [орфография и пунктуация автора сохранены].
Слушайте, граф, без всякого уважения я вам говорю: ну правда, ну угребайте вы уже с этого форума! Вы здесь совершенно никому не нужны с антисемитизмом своим пещерным! Мало ли у вас единомышленников? Зачем вам добиваться признания у русскоязычного меня? Тем более что русскоязычный — на самом деле это вы, судя по количеству пунктуационный ошибок, друг милый. Давайте правда вы уже отсюда как-то съедете. Вы не найдёте у меня любви и понимания. Я не буду вам объяснять, чем русский писатель отличается от русскоязычного. Русский писатель — это тот, кто владеет русским языком.
И как же вы меня любите! Как же вы не можете от меня, русскоязычного, отделаться! Почему вы среди ночи слушаете меня, ждёте моих ответов? Зачем я вам нужен? Успокойтесь уже! Творите свою русскую культуру, в которой не будет евреев, грузин, украинцев, абхазцев, в которой будет только одна сплошная жажда истребления! Я только всё не могу понять: что же вы все будете делать (во главе с Чаплиным), когда вы уже всех нас истребите? Ну, допустим, представьте себе, что вы всех уже расстреляли — дальше-то что? Всем уже отрезали, что можно… Тут меня очень многие спрашивают, как я отношусь к практике женского обрезания. По-моему, бессмысленный вопрос. Можно легко предсказать, как я к нему отнесусь. Давайте вы всех сначала кастрируете, потом повесите и наконец расстреляете. Но что вы будете делать после? Что вы умеете-то, кроме этого? Отделять русских от евреев, да? Давайте всех уже отделим и всех убьём — и тогда посмотрим, что вы построите на этом прекрасном пространстве.
«Есть ли у вас доступ к статистике о количестве скачиваний подкастов вашей программы?»
Нет. И не надо.
«Дочка восьми лет не любит читать. Как стимулировать ребёнка к чтению?»
Не надо стимулировать ребёнка к чтению! Вы не знаете, что его ждёт в жизни. Если вы будете его всё время заставлять читать — может быть, вы тем самым испортите ему психику. Когда ей надо будет, она захочет читать. Читать — это функция организма, это аутотерапия. Человек не может не читать. Не заставляйте её это делать раньше времени. Сама потом захочет — за уши не оттащите.
«Кого можно считать лучшими специалистами по современной русской литературе?»
Ну, критиков, как правило. Из критиков ныне живущих, из молодых, мне интереснее всех Валерия Пустовая (и я много раз об этом говорил). И мне весьма интересно всё, что пишет Аствацатуров. Хотя он слишком пристрастен к некоторым персонажам, а к другим, наоборот, беспристрастен, но у него вкус безупречный (хотя и у этого вкуса бывают, конечно, сбои). Мне интересно то, что о современной русской литературе пишет, думает и говорит Алла Латынина — ведущий критик 70–80-х, не утративший критической зоркости совершенно. Мне интереса Роднянская, безусловно. Во всяком случае о поэзии она сейчас пишет, на мой взгляд, лучше всех. Мне интересна Сурат — и не только потому, что она меня хвалит (она меня не всегда хвалит), а у неё вкус очень хороший. Кроме того, она всё-таки много занималась Пушкиным и Мандельштамом, и, что называется, мускулы её натренированы. Но из молодого такого поколения я бы вам рекомендовал, конечно, в первую очередь Пустовую.