«Назовите и прокомментируйте ваши любимые рассказы из «Лавки дурных снов» Кинга?»
Мы уже заговорили о морали. И мне представляется, что самый лучший рассказ… Это вообще довольно сильный сборник, чего там говорить. Кинг как бы продемонстрировал в очередной раз форму. Для десятого сборника рассказов и почти для семидесятилетнего писателя это хорошая планка. Там есть провалы определённые. Есть большие удачи, как, например, «Ur». Но лучшим рассказом оттуда мне представляется «Morality», который у нас переведён как «Нравственные принципы». Только избегайте, пожалуйста, читать тот вариант, который напечатан в «Esquire» — там от него отрезано самое интересное.
«Моральные принципы» — это довольно интересный рассказ, довольно неоднозначный. Кинг вообще моралист и человек довольно строгих правил, культа нормы. Перечитайте, например, «Кроссовки» или «Они классно играют», вот этот рассказ о рокерах. Он приверженец традиционных ценностей, и в этом смысле он один из моих кумиров. Но «Morality»… Я не буду пересказывать этот рассказ. Там довольно интересная завязка.
Там молодая пара… ну, не очень уже молодая, они уже десять лет вместе. Он писатель и учитель, конечно. Для того чтобы закончить роман и получить за него деньги (а это первый его настоящий роман), ему нужно девять месяцев спокойной работы без отрыва на школу. И он бы рад очень это всё сделать, но получается так, что девяти этих месяцев у него нет. А супруга его ухаживает за стариком Уинни, преподобным пастором, которого разбил паралич. И вот этот Уинни даёт им шанс. Он говорит, что они получат 200 тысяч долларов, если она выполнит некое очень странное задание, действительно очень странное и, надо сказать, абсолютно аморальное. Ну, выступает таким демоном-искусителем. Они соглашаются на эти условия. А дальше происходит подробное развитие их отношений после выполнения этого дьявольского контракта. Почитайте, это довольно интересная история и довольно интересное напоминание о том, что простых вещей никто не отменял.
«Вы сравнивали Глеба Жеглова с Остапом Бендером, но Жеглов мог с лёгкостью нарушать законы, а Бендер больше уважал законность и призывал кодекс чтить. Чем могли бы сегодня заниматься герои плутовских романов? Может ли появиться заново герой Абдулова из фильма «Гений»?»
Спасибо, Лёша, это интересный вопрос, потому что действительно герой Абдулова из фильма «Гений» остался в некотором одиночестве. Это фильм Виктора Сергеева, я напоминаю, очень непростого режиссёра, который довольно много снял тогда парадоксальных, ярких и в основе своей пародийных, издевательских картин.
Что касается «Гения». Вы помните, что Абдулов после этой картины довольно быстро переключился на исполнение ролей бывших силовиков, таких настоящих полковников, мрачных, матёрых, седых и своих, не бросающих спецназовцев, а «Гений» остался таким оазисом в его поздней карьере, потому что он там играет действительно человека, не принадлежащего к мафии, а мафию победившего.
Беда в том, что этот типаж… Помните, там Смоктуновский ему противостоит замечательно. Беда в тот, что этот типаж остался одиноким, что такие люди, появившиеся в реальности, они немедленно исчезли — они уехали в массе своей или они переквалифицировались. Это был бы идеальный герой плутовского романа — умник, который обводит вокруг пальца всех, кто пытается его использовать; изобретатель невидимых чернил, каких-то шпионских программ и так далее. К сожалению, этот персонаж в тогдашней реальности, появившись, тут же исчез. Ну, такой Брин, такой русский Гейтс, если угодно. Почему-то он переместился в Штаты, он оказался для России очень неорганичен. Это грустно, в общем. Да, он на роль плута, безусловно, годился, на роль интеллектуального плута.
Что касается Жеглова. Ведь и Бендер тоже нарушает закон, только он это делает, оставаясь в рамках закона, — что и Жеглову довольно легко. Он тоже всегда остаётся в рамках законов, потому что он имеет непосредственное отношение к их переформатированию, если ему нужно. Он и убийство Левченко всегда оправдает. Он докажет, что это было убийство при попытке к бегству. Как раз что роднит Жеглова и Бендера — так это их способность и желание обернуть методы зла на пользу добра. «Часть силы той, что без числа // Творит добро, всему желая зла». В этом смысле и Жеглов может быть таким полезным злом, если на то пошло.
«Следует ли идти на курсы по писательскому мастерству?»