Во-первых, тут в один ряд поставлены авторы совершенно разного ранга. Анна Матвеева — очень хороший писатель. Мне кажется, что «Перевал Дятлова» — конечно, лучшее её произведение, но и рассказы у неё хорошие. Майя Кучерская — замечательный и серьёзный писатель; её «Современный патерик» — это абсолютный шедевр. Мариам Петросян — тоже замечательный автор, пусть одной книги, но она создала свой мир. Остальные авторы, на мой взгляд… Да, и стихи Линор Горалик мне очень нравятся, а проза — нет. Это авторы разных рядов. Нельзя всех объединять на основании гендерного признака.
«Как Вы относитесь к творчеству Сигизмунда Кржижановского?» Пишу как раз роман о нём.
«Ваше отношение к поэзии и прозе Виктора Сосноры?» Очень люблю прозу и совсем не люблю поэзию.
Спасибо вам большое! Шлите вопросы. Услышимся через неделю. Лекция будет про Аксёнова. До пятницы!
08 августа 2015 года
(Василий Аксёнов)
― Доброй ночи, дорогие друзья! Надеюсь, слишком спокойной она не будет. Мы с вами ближайшие два часа проведём вместе. Как всегда в программе «Один», я первый час, пожалуй, даже первый час и 15 минут отвечаю на вопросы, а потом, как мы договорились сегодня, мы попытаемся поговорить об Аксёнове. Вот уже и книжка захвачена с собой из дома, любимый текст, который называется «Стальная Птица».
«Не могу писать быстро, а мне нужно для работы. Статью пишу медленно, но не от лени, это какой-то естественный темп. Кажется, если буду быстрее, то будет хуже. Как мне натренировать себя?» Во-первых, если это ваш естественный темп, то, наверное, не нужно себя насиловать. Я понимаю, что для работы нужно быстрее.
Когда-то Дмитрий Ульянов достал своему брату Владимиру на одну ночь пишущую машинку Remington — и Володя принялся ремингтонировать со страшной скоростью, навыка никакого не имея, и сажал дикое количество ошибок. Дмитрий Ульянов его спросил: «Не лучше ли печатать медленнее, но правильнее?» — на что Ленин ответил: «Если есть пишущая машинка, надо работать быстро, количество ошибок здесь неважно». И действительно какое-то количество прокламаций навалял. Это есть в воспоминаниях Дмитрия. Для него органичен был быстрый темп, хотя и с огромным количеством ошибок. Он вообще был человек быстрый. Если бы он иногда задумывался поглубже, может быть, и история наша была бы другая.
Я советую вам просто не насиловать себя. Пишите в том темпе, который вам близок. Если же от вас будет требоваться штамповать слишком срочно, может быть, вам лучше просто поменять профессию.
Тут, кстати, некоторые люди в комментариях пишут, что «Быков неглубок и поверхностен». Это вечный упрёк, с которым я сталкиваюсь с рождения. Неглубок и поверхностен, потому что, как пишет одна дама: «Он даже не задумывается, прежде чем ответить на мировые вопросы». Конечно, если вы настаиваете, я могу всё время, как это называется в русском народе, «морщить попу», то есть изображать такую крайнюю задумчивость. «Такой серьёзный, важный, деловой, как будто хочет пукнуть головой», — была такая эпиграмма на одного поэта. Я могу, если хотите, но боюсь, что вам будет скучно.
Долгий вопрос о Китае и геополитике. Я, если можно, не буду отвечать. Просто скучно.
«Не подскажете ли вы книгу, в которой темой является выход нации из фашизма/сталинизма/нацизма. Как происходит этот процесс? Хотя бы на примере отдельного героя. Как нация входит — понятно, а вот выход…»
Вера, я могу вам посоветовать «Доктора Фаустуса» в первую очередь, потому что это роман, в котором Манн пытается не просто выйти сам, а вывести всю нацию, отмотать назад и понять, в какой момент она выбрала не тот путь. У него так получается, что на Ницше, вообще на модернизме совершилась эта развилка. Я считаю, что гораздо раньше. Некоторые считают, что на Лютере. Но в любом случае это как раз роман психологической реабилитации и для автора (автора, между прочим, всё-таки размышления аполитического, такой очень пронемецкой книги, очень националистической), и для нации, конечно, это тоже попытка реабилитироваться.
Очень сложный, нервный, болезненный писатель, очень мною любимый — Ганс Фаллада. И я прежде всего, конечно, рекомендую вам «Каждый умирает в одиночку» — предсмертный, по-моему, гениальный роман. Он довольно массивный по объёму, но как терапия это очень важная книга.