Вот спрашивают моё мнение о книге Сарнова о Маяковском. Вот перед этим автором, Царствие ему небесное, я не преклоняюсь, хотя очень многое мне у него нравится, и почитать всегда интересно. Но Кушниров, конечно, написал очень умную книгу, глубокую, толкающую на множество размышлений. Читать её надо. В какой степени я могу ею восхищаться — это другая история.
Юрий Поляк — молодец! Кушнер, да. Вот вы угадали. Максим Крамер. Три человека одновременно, догадавшись про платочек, написали «Кушнер». Спасибо, ребята! Вот вы трое первых прислали, и я вам оставлю на «Эхе» книжки свои с подписью. Насчёт платочка была же замечательная у Слепаковой пародия:
Гуляя как-то над Невой,
А может, возле Стикса,
Возьми на память кружевной
Платочек из батиста.
Тебе сегодня сорок лет
Исполнилось, о Боже!
Ах, у тебя платочка нет?
И у меня нет тоже.
Ах, нет, нашёлся, извини!
Возьми же мой платочек
И пред сморканием встряхни
Его за уголочек.
Ну чистый Кушнер! И интонация блестящая. И главное — анжамбеман кушнеровский: «Тебе сегодня сорок лет исполнилось, о Боже!». Как слышится голос! Вот что значит — друзья.
«В прошлой передаче вы опять объявили Гурджиева шарлатаном. Не очень понимаю, зачем вы идёте в область, где вы не являетесь специалистом, ведь это не литература».
Знаете, я являюсь специалистом в нескольких областях. Как раз в литературе есть люди и побольше меня понимающие.
«Я не являюсь поклонником Гурджиева, но «шарлатан» — это перебор. Может быть, вам поможет книга Успенского, его ученика, «Четвёртый путь»?»
Ну читал я эту книгу! Слушайте, ну неужели вы думаете, что я Успенского не читал? Я имею в виду того Успенского, который гурджиевский.
«Ещё тот факт, что до сих пор существуют группы, работающие по методикам Гурджиева. Если бы это была «пустышка», то вряд ли бы продержалась целый век».
Конечно существуют до сих пор «пустышки», работающие по методикам самого примитивного сектантства! Ну о чём вы говорите, друг милый? Гурджиев сам перед смертью ученикам сказал: «Ну а теперь я посмотрю, как вы будете из этого выбираться». Я говорил вам, что я сильно на него обижен за судьбу Кэтрин Мэнсфилд, которую он довёл-таки до гибели. Точнее — она сама себя довела, да и туберкулёз у неё был, и не будем его в этом обвинять. Но вы почитайте книги Гурджиева. Конечно, он не сам их писал, за ним писали. Ну, почитайте вы лишний раз «Беседы Вельзевула со своим внуком». Ну неужели у вас не возникнет совершенно чёткое ощущение, что это такое? Конечно, танец дервишей — это очень интересная методика, но она ведёт человека никак не к духовному освобождению. Ой, Господи…
«Вы говорили, что Штайнер взял философию свободы из теософии Блаватской. Вы попросту не понимаете вообще ничего».
Я этого и не говорю. Я говорю, что он вообще много взял из теософии.
«Философия Штайнера — очень сложная, продолжает и развивает великую немецкую философию, — нет, неправда. — Философия Штайнера не строгая. Философия Штайнера — это фэнтези. В ней он развивает гносеологию, которую переносит на духовный мир. Вот так говорить — по-моему, как раз значит «действительно мало что понимает, но хорошо это маскирует».
Простите меня, дорогой, вам интересны мои литературные лекции, Серёжа, мне интересна ваша антропософия, но давайте останемся при своём. Хотя мне в любом случае интересно.
Ещё Марат Хазиев написал. Привет вам, Марат. Соколов Сергей. Спасибо, ребята. Я рад и горд. Вернёмся через три минуты.
РЕКЛАМА
― Возвращаемся к разговору. Сейчас о Джеке Лондоне поговорим.
«Спасибо, по вашему совету «проглотила» «Дом листьев». Спасибо, получила удовольствие. И страшно интересно! Единственное — не понятна история с письмами матери. Там правда зашифровано какое-то послание? Как найти ключ?»
Зашифровано там по первым буквам нескольких предложений. Это такая отсылка к набоковским «Сёстрам Вейн». Насколько я помню, когда она то ли перечисляет врачей в лечебнице, то ли ещё что-то, в последнем абзаце, там есть послание — правда, с несколькими пропущенными буквами. Попробуйте с этой точки зрения перечитать.