Есть большие работы, где прослежено влияние, скажем, европейской мифологии, вот этих гномов, живущих в горах, на мифологию собственно Бажова. Но другое дело, что Бажов создал Урал таким, каким мы его знаем. Он написал эту уральскую матрицу, которую сейчас так подробно расписывает Иванов Алексей. Интересно посмотреть, интересно проследить, какие корни этой мифологии, какие древние собственно сказки, в основном малых народов, он использовал, и в чём своеобразие бажовской морали.
Потому что ведь все сказки Бажова — удивительное дело! — они о богатстве, они о драгоценностях, об изумрудах, о малахите удивительном. Но герой же ищет не драгоценности (Данила-мастер в частности), а он ищет совершенство, он ищет истину. А это всё не более чем метафора — все эти россыпи драгоценностей, которые открывает Хозяйка Медной горы. Вот эта подземная роскошь, хтоническое богатство — это отдельный, нигде больше в мире и нигде в России уж точно не встречающийся комплекс. Вот эти гномы, владельцы драгоценностей, они же владеют не драгоценностями, а они владеют вечными истинами. Кроме того, очень забавна метафизика полудрагоценных камней, таких как малахит с его узором, который парнишка там верно смекнул. Это долгая история. И давайте в следующий раз, потому что сейчас мне… Ну, его надо перечитать. Здесь вопросы настолько крутые, что хочется как-то посвятить им как можно больше времени.
«Знаете ли вы «Выбраковку» Олега Дивова? Для меня эта книга стала лакмусовой бумажкой. Спроси у человека, что он думает об этом тексте, — и сразу всё понятно. Злющая, опасная, искушающая книга! Мне кажется, что по силе воздействия (но не по художественным качествам) она даже выше «Дня опричника». Что вы об этом думаете?»
Знаете, надо перечитать, читал давно. К Дивову в целом отношусь с большим интересом. А насколько эта книга провоцирует — не знаю. Надо опять-таки пересмотреть. Мне кажется, что гораздо более провокативная книга и более опасная — это «Приключения майора Звягина» Веллера. Но иногда надо себя провести через такие искушения, чтобы их преодолеть. Без этого вы останетесь в каком-то смысле духовно беззащитными.
«Сильно бы изменилась ваша жизнь, если бы вы стали долларовым миллиардером?»
Да нет, я думаю. Я бы, во-первых, им не стал. Это так, из области мечты. Ну нет, не сильно бы изменилась. То есть в любом случае себе бы я никаких особых преференций не создал. Возможно, я бы создал некоторую сеть взаимопомощи, которая позволила бы культуре быть более независимой. Во всяком случае я бы основал своё издательство, это точно.
«В сценарии Миндадзе к фильму Абдрашитова «Охота на лис» грустный и жестокий финал, зеркально повторяющий начало. Миндадзе видел только разрыв поколений или не терял надежду на примирение?»
Видите, в фильме это не удалось осуществить, а в сценарии удалось. Но это не разрыв поколений, это об обывателе. Это первая репетиция «Такси-блюза», и, на мой взгляд, гораздо более глубокая. Это о людях, которые никогда друг друга не поймут, о том, что невозможно исправлять другого, находясь в другом слое социальном, на другом этаже социальной лестницы. Это фильм о некоммуникабельности на самом деле, и о некоммуникабельности более глубокой, чем личная, о некоммуникабельности социальной, потому что она непреодолима. Личную можно преодолеть, социальную — нет. Вот об этом картина. Хотя она о многом.
«Охота на лис» — мой любимый фильм этого тандема. Я помню, когда отмечалось, по-моему, 20-летие их совместной работы, Абдрашитова и Миндадзе, был испечён торт из 10 вагонов — по числу их совместных картин. И кому какая картина нравилась, те тот вагон и ели. И все кинулись есть «Парад планет», а мы с Андреем Шемякиным, как сейчас помню, пошли есть «Охоту на лис». Нас было таких двое. Это не значит, что мы съели весь этот кусок, но просто нам очень нравилась картина. И я всегда натыкался на благодарность от Миндадзе за это, потому что он тоже её ценит выше всех. И я считаю, что это великий фильм абсолютно, очень точный. И такой он смешной в каком-то смысле!
Про выставку Фабра не могу вам ничего сказать, я её не видел.