Режиссёр, в кино работающий человек — он особенно зависим, понимаете. Художник, писатель — он может выдумать, он может написать то, чего не было. А режиссёр имеет дело с изображением, с фактурой. Нельзя снять то, чего нет. Нельзя построить полностью виртуальный мир. Это надо быть Хаяо Миядзаки, надо быть мультипликатором. А Рязанов снимал то, что есть, поэтому он был равен своему времени. Он снял растерянный фильм «Небеса обетованные», снял не очень хорошие «Ключи от спальни» (или как они назывались?), а потом он снял «Андерсена», в котором есть, по-моему, важный художественный прорыв.
«Будет ли запись лекций по пьесам?» Да, мы выложим обязательно.
«Справедливо ли говорить, что отношения Гумберта и Лолиты были «по взаимному согласию», ведь Лолита — ещё ребёнок?»
Я думаю, что никакого взаимного согласия там не было, и Гумберт это прекрасно понимал. Отсюда смотри вот эту его фразу: «Она пришла ко мне. Ей, понимаете, совсем некуда было больше пойти». Какое уж тут взаимное согласие? Поскольку «Лолита», как я много раз пытался доказать, роман о русской революции, какое уж тут взаимное согласие?
«У советских фантастов Абрамовых — отца и сына — есть роман «Всё дозволено», — да, есть, — в котором гениально предсказана черта наступившей эры. Жители планеты Гедоны всё время проводят в поиске новых наслаждений. Если посмотреть на соцсети, тенденция угадана. Что вы скажете об этих авторах?»
Я очень любил отца и сына Абрамовых — при том, что творчество их неровное. Наиболее удачным их произведением мне представлялись «Странники», напечатанные в «Юности», такая фантазия. Но идея гедонизма победившего, конечно, не ими придумана. Она придумана Стругацкими в «Хищных вещах века». И ещё точнее предсказано там, что это приводит к психическому истощению, этот поиск наслаждений. Со многими это уже произошло. Не зря Стругацкие называли эту утопию единственной полусбывшейся или хотя бы в чём-то сбывшейся. А что касается самой идеи гедонизма, то, не знаю, читали ли Стругацкие тогда Хаксли, но в «О дивном новом мире» эти ощущалки тоже сделаны лет за тридцать до «Хищных вещей».
А вот интересный вопрос: «Как вы считаете, в 2017 году возможен повтор Великого Октября 2017 года? И если его повторят, то на каком по счёту столбе будете болтаться вы?»
Вот к этой теме мы через три минуты вернёмся для подробного разговора.
НОВОСТИ
Д. Быков― Так вот, о повторе Великого Октября. Ну, в качестве великого он уже не повторится, потому что всё в истории, к сожалению, при повторах девальвируется, а в циклических историях, таких как наша, девальвируется многократно. В нечётные века всё обходится мягче, слишком свежие впечатления.
Но вот вопрос «На каком столбе вы будете болтаться?» мне представляется не то чтобы оскорбительным, бог с ним, а некорректным. Вечные эти разговоры о том, что: «Спасибо, мы уже видели перемены. Вы уже тут порулили. Мы уже это видали». Ну, в результате того, что тут порулили прогрессисты и модернисты, в России хоть что-то в девяностые годы появилось и стало налаживаться. И путинское правление стоит на этом фундаменте, а не на фундаменте советском. Поэтому говорить «вы порулили» и всё время пугать «либеральным реваншем» — это можно делать только в расчёте на идиотов. Но, слава тебе господи, Россия не из идиотов состоит. Поэтому попытка простроить вот такую идею, что «любая революция, любые перемены — это обязательно нищета, разруха, кровь и столбы», — ну, это пошлятина обычная и трусость.
Понимаете, революции — хороши они или плохи, должен повторить — формируют нацию. День разрушения Бастилии — это до сих пор национальный праздник Франции. Точно так же, как и «Марсельеза» — до сих пор её гимн. Революции, такие как в Англии, скажем, вспомню Славную революцию, тоже остаются для нации не только днями казней, погромов и разрухи, но и днями великого национального единения.
А вот разговоры: «Зато мы повидали, как в Украине…» А что вы такого повидали-то? В Украине, кстати говоря, массового разочарования Майданом нет — точно так же, как не было массового разочарования Русской революцией во времена разрухи военного коммунизма: