«Опубликован отчет Левада-центра по отношению к фигуре Сталина. Доля положительных оценок приближается к половине (и правда, 37%). Это страшное поражение интеллектуального класса России, показатель деградации населения. Что пошло не так? Что делать?»
Матвей, это не показатель деградации и поражения, а интеллектуальный класс здесь вообще совершенно ни при чем, потому что влияние интеллектуального класса на ситуацию в России в последнее время пренебрежимо мало. Говорить здесь о его поражении неправильно, потому что это все-таки результат государственной политики, а что-либо противопоставить государственной политике в России самодеятельные ученые, мыслители, никак не организованные, не могут. Они не являются общественной силой. Наверное, беда интеллектуального класса в том, что он пока еще недостаточно активен в организации сколько-нибудь системного протеста, но на этот предмет, опять-таки, нам отвечают: протест этот был, другое дело, что он задушен войной. Война — это самый надежный способ со стороны архаики задержать победу нового. Война — это такая вещь, против которой не попрешь. И война была навязана, развязана именно отчасти из-за этого, из-за безумной попытки отсрочить будущее. Поэтому не стал бы я говорить ни о каком поражении интеллектуального класса, но, безусловно, то, что происходит сейчас вокруг личности и фигуры Сталина — это не явление интеллектуальной жизни. Это явление такое скорее физиологическое и довольно понятное, предсказуемое, надоевшее, неинтересное, временное. Я много раз говорил, что самое трудное в эпоху Юлиана Отступника — понять, что она не навсегда. Эпохи отступничества кратковременны, и возвращение к Сталину, увлечение Сталиным — это естественная, неизбежная реакция на девяностые годы, но еще одна катастрофа в этом смысле окажется чрезвычайно наглядной.
Вопросы насчет личностей — от Саши вопрос — которые сейчас заполнили страницы экрана, личности с тонкой душевной организацией и пониженной энергетикой. На этот вопрос я отвечу через три минуты.
РЕКЛАМА
Вот весьма характерный вопрос, кстати:
«Недавно был в Третьяковке — в зале, где висит левитановская «Владимирка». Пришло в голову, что ведущая идея романа Толстого «Воскресение» выражена в этом пейзаже».